Митрофанов день

Что миром положено, тому быть так (Даль).

    Шестого декабря санный путь считается вставшим окончательно, и встал он разом, и на полях, и на реках. Вехи стоят вдоль дорог двойным пунктиром, реки замощены, и первый обоз уже прошёл, оставив по целине две блестящие колеи, в которые теперь всякий полоз ложится сам. «Дорожка глохнет, так и мир сохнет» (Даль), а нынче дорожка ожила. Снег утоптан у ворот и в проулках, воздух неподвижен и сух, и на морозе далеко разносится всякий звук, слышен скрип полозьев за версту, лай собаки в соседней деревне, стук топора у чьей-то поленницы.

 С этого дня деревня перестаёт быть разъединённой, и первое, что она делает, получив возможность собраться, есть собраться. «Сошёлся мир – хоть сейчас воевать; разошёлся мир – на полатях лежать» (Даль), и зима как раз сводит мир вместе.

 Святитель Митрофан, первый епископ Воронежский, пришёл к архиерейству из мирского быта и уже в старости, а кафедру получил такую, какой до него не бывало вовсе. Чтится нынче и память благоверного князя Александра Невского.

 А съезжается деревня нынче на канун, то есть на общий стол за мирской счёт, и несут на него со всякого двора по горсти, кто чем богат.

 А по деревне в этот день ходит мужик с раскрытым холщовым мешком. Стоит он на чужом крыльце, держит мешок обеими руками за края и чуть приподняв, чтобы хозяйке было сподручнее сыпать, а смотрит не в мешок и не на хозяйку, а чуть в сторону и вниз, и лицо у него неловкое, как у всякого, кому приходится просить, даже когда просит он не для себя.

 Дорога встала, деревня снова съехалась, и первое, что она делает, есть общий стол.

Народные Традиции

    Всё в нынешнем дне про одно, и это одно называется канун.

 Слово нынче почти забылось в этом своём значении, а значило оно совместную трапезу на мирские средства. Устраивали её так. Обходили все дворы и с каждого брали понемногу, кто чем богат, а потом варили и пекли сообща и садились есть вместе, всей деревней, с гульбищем и играми после.

 Собирали хмель, солод и муку. Первые два шли на оловину, то есть на хмельное питьё общей варки, а мука шла на пироги, и пироги тут главное.

 Устройство этого дела хитрее, чем кажется. С каждого двора брали мало. Горсть, две, ковш муки, столько, что отказать нельзя и не обеднеешь, отдав. А дворов в деревне полсотни, и на выходе получается стол, какого ни один двор в одиночку не поставит. Расчёт этот и народ держал на счету: «Мир по слюнке плюнет, так море» (Даль).

 И второе, что тут важно. Пекли не в одной избе, а сообща, и потом ели тоже сообща, а не расходились с долей по домам. То есть канун был не раздачей, а именно общим столом, и в этом вся его суть, потому что собирались за него не оттого, что голодны, а оттого, что зимой можно наконец собраться.

 Оттого и срок выбран не случайно. Канун приходится ровно на тот день, когда санный путь встал по снегу и по льду и деревня впервые за осень получила возможность съезжаться. Осенняя распутица разъединяет, зимняя дорога соединяет, и первое, что делают люди, получив такую возможность, есть сесть за один стол.

 О погоде примечали далеко вперёд, на полгода. Воронежские земледельцы говорили, что если в день Митрофания шёл снег и ветер дул с севера, то ровно через полгода, на Леонтия-огуречника, будет ветер с севера и дождь побрызгает. Расчёт этот кажется странным, а стоит за ним простое. Приметы на полгода вперёд строились по парным дням, отстоящим друг от друга на половину года, и такая пара была у многих зимних дней.

Трапеза Дня

    Рыбный пирог бывает двух складов. Один зовётся рыбником, он глухой, и рыба лежит в нём целиком, не разрезанная, на луковой подушке. Нынешний устроен иначе, и различие тут не в рецепте, а в том, для кого он печётся.

 Рыбник пекут дома и на свою семью. Рыбу в него кладут целую нарочно, потому что цельная рыба в тесте есть вещь праздничная и почётная, её приносят к столу как есть и разрезают уже при всех. А пирог на канун пекут на полсотни человек, и целую рыбу тут не положишь, потому что делить придётся на всех и каждому должно достаться поровну. Значит рыбу режут кусками, раскладывают ровным слоем по всему пласту, и пирог выходит длинный, во весь под, а не круглый.

 Разница эта не мелочь. Целая рыба в тесте есть подарок одному столу, а резаная поровну есть расчёт на всех. И тесто у мирского пирога проще, потому что его ставят из той самой муки, что собрали по горстям, а мука эта разная, из разных сусеков, и белой из неё не выйдет.

 Рыбу для такого пирога брали ту, что была, солёную из бочки, сущик, снетка, а если день выдался и удался, то и свежую подлёдную. Луку в начинку не жалели, потому что лук и дёшев, и в общем пироге он делает главное, то есть связывает разную рыбу в одно.

 В Домострое сказано, что из обсевков пшеничного теста пекут пироги, а в постные дни кладут в них кашу, горох, репу, грибы, рыжики или капусту. Нынешний с рыбой, и это законно, потому что до Николина дня пост держится нестрого. А как его подают, сказано в самом присловье: «По домам да к пирогам, разрежем пирог поперёк» (Даль).

 Рыбный пирог всем миром

 Тесто. На шесть стаканов муки, какая собралась, ржаной пополам с пшеничной, взять малую щепоть закваски, развести в двух стаканах тёплой воды, посолить, влить в муку и замесить мягко, а не круто, ибо пирог этот тонкий и широкий. Поставить в тепло на полтора часа, обмять и дать подняться вторично.

 Начинка. Взять восемьсот граммов рыбы, какая есть, и солёную вымочить с вечера в двух водах, свежую выпотрошить и очистить от костей. Нарезать поперёк широкими кусками, чтобы всякий кусок был на едока. Луку взять много, головок пять или шесть, нашинковать кольцами и половину распустить в постном масле до золота, а половину оставить сырым. Смешать сырой лук с рыбой, посолить и поперчить.

 Лепка. Тесто разделить надвое и раскатать в два широких пласта по размеру пода. Нижний уложить на смазанный лист, посыпать жареным луком ровным слоем, сверху разложить рыбу с сырым луком в один ряд, куском к куску, не наваливая. Накрыть вторым пластом, защипить края невысоким швом и наколоть верх лучинкой в десяти местах, чтобы вышел пар. Сажать в жаркую печь и держать полчаса, покуда верх не зарумянится.

 Готовый пирог не разламывать, а разрезать ножом на равные куски прямо на листе, по числу едоков, и подавать всем разом, а не по одному.

Духовное Слово

    Одному не поднять того, что легко подымут пятьдесят. Народ вывел из этого правило хозяйственное и очень трезвое: «С миру по нитке, голому рубаха» (Даль). Речь тут не о щедрости даже, а о простом расчёте, потому что с каждого берётся столько, что он не заметит, а вместе выходит целая рубаха.

 «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но всё у них было общее» (Деян. 4:32).

 Порядок в этой фразе важнее всего. Сперва сказано про сердце и душу, и только потом про имение. Не так, что люди сложились имуществом и от этого сделались единодушны, а напротив, они уже были одно, и оттого сложить имущество оказалось делом естественным.

 Это стоит понять, потому что тут проходит черта, которую легко не заметить. Собрать со всех по горсти можно и приказом, и страхом, и стыдом, и получится то же самое количество муки. Только это будет не канун, а сбор. Канун начинается там, где люди хотят сесть за один стол, а мука есть уже следствие.

 Проверка тут простая. На кануне ели вместе. Не раздавали долю по дворам, не отсылали немощным, а садились и ели тут же, разом. Значит собирались не ради еды, потому что еду проще было съесть у себя дома и не морочиться. Собирались ради того, чтобы оказаться за одним столом, а еда была поводом, без которого собраться неловко.

 Так и живёт всякое общее дело. Складываются не деньгами и не мукой, складываются готовностью сесть рядом, а прочее прикладывается.

 И тебе, если хочешь чего-то общего, не начинай со сбора. Начни с того, чтобы люди захотели быть вместе, и тогда горсти найдутся.

 Такова складчина Митрофанова дня. Собери с каждого по малому, но ешьте вместе.

 Святи́телю о́тче Митрофа́не, ты́ два́дцать лет собира́л но́вую па́ству и собра́л её в еди́но: испроси́ и нам ума́ соединя́ть люде́й пре́жде, чем собира́ть с них. Моли́ Бо́га о нас.

Святи́тель Митрофа́н, епи́скоп Воро́нежский

Пра́вило ве́ры, и о́браз кро́тости,/ воздержа́ния учи́теля/ яви́ тя ста́ду твоему́/ я́же веще́й и́стина;/ сего́ ра́ди стяжа́л еси́ смире́нием высо́кая,/ нището́ю бога́тая, о́тче священнонача́льниче Митрофа́не,/ моли́ Христа́ Бо́га спасти́ся душа́м на́шим.

    Святитель Митрофан был роду духовного и в миру звался Михаилом. Половину жизни он прожил мирянином, был женат и имел сына Ивана. Овдовев на сороковом году, отрёкся от мира и постригся, а в зрелых летах был избран первым епископом новооткрытой Воронежской кафедры, о чём современная монастырская записка говорит так: «муж истинно праведный и святой». Двадцать лет он правил епархией, где до него архиерейского служения не бывало вовсе, пятнадцать из них строил каменный собор Благовещения и скончался семидесяти лет в тысяча семьсот третьем году.

 Вместе собранное больше сложенного: «Мир – золотая гора» (Даль). Поставил он епархию, которой прежде не бывало вовсе, и поставил её из малого, потому что двадцать лет собирал приход за приходом, пятнадцать из них строил каменный собор, и всё это в краю, где архиерейского служения не знали. Нынешний день собран тем же порядком, потому что мир в этот день складывает общий стол с каждого двора по горсти, а епископ сложил епархию тем же порядком, и ни то ни другое не делается в один раз и одною рукой.

 Поминается нынче и преставление благоверного великого князя Александра Невского, случившееся в этот же день в тысяча двести шестьдесят третьем году, на возвратном пути из Орды, куда он ездил в четвёртый раз и откуда вернулся смертельно больным. Перед кончиной он принял схиму с именем Алексий. Совпадение двух этих памятей не случайно по смыслу, потому что оба они, князь и епископ, всю жизнь имели дело с властью, которая сильнее их, и оба нашли способ говорить с нею, не теряя себя.

 Поздравляем именинников Митрофанов и Александров. По-гречески Митрофан значит «матерью явленный», а носивший его сам стал отцом целой епархии, которой прежде не существовало. Мощи святителя почивают в Воронеже, в Благовещенском кафедральном соборе.

 «Родился я от благочестивых родителей и был ими воспитан в непорочном благочестии Восточной Церкви, в православной вере», так говорит святитель Митрофан в духовном завещании своём. Родился он в тысяча шестьсот двадцать третьем году от родителей духовного звания, и род его, записанный в синодиках, начинается лицами, облечёнными в иерейский сан. Мирское имя его было Михаил, и был он обязан узами брака: в письме к архимандриту говорит он о сыне своём Иване Михайлове.

 Большая половина жизни его прошла в быту семейном. Потеряв жену, на сороковом году отрёкся он от мирской жизни и вступил в обитель, где со временем был поставлен игуменом.

 В тысяча шестьсот восемьдесят втором году, когда нужно было избрать первого епископа Воронежского, царь Феодор избрал игумена Митрофана, мужа, как говорит современная монастырская записка, истинно праведного и святого. Митрофан посвящён был в епископа второго апреля того же года патриархом с шестнадцатью архипастырями.

 Прибыв на место архипастырского служения своего, святитель прежде всего обратился с окружным посланием к пастырям местных церквей.

 – Честные иереи Бога Вышнего! – писал он. – Вожди стада Христова! Вы должны иметь светлые умные очи, просвещённые светом разумения, чтобы вести других по правому пути. По слову Господа, вы должны быть самым светом: вы есте свет миру. Вы, как пастыри, должны преподавать овцам манну слова Божия. Вы, как ходатаи, должны в молитвах ваших подражать Моисею и Павлу, которые с такою ревностью молились Богу за людей своих. Добрые пастыри были таковы, что готовы были положить свои души за овец. Так и вы устрояйте себя. Христос Спаситель, когда вручал святому апостолу Петру пасение овец Своих, трижды говорил: паси. Это, очевидно, и для того, что пастыри трояко пасут врученное им стадо: словом учения, молитвою и силою святых Таин, и образом жизни. Три эти вида пасения и вы усердно выполняйте.

 Новое место иераршеской кафедры, доселе не видавшее архипастырского служения, требовало от архипастыря многих и разных трудов. Вскоре по прибытии своём в Воронеж святитель начал строить каменный кафедральный собор Благовещения Богоматери, и строил его пятнадцать лет.

 Блаженный архипастырь, проникнутый духом учения Христова, был искренним чтителем власти царской и усердным попечителем о нуждах отечества. Пётр Великий проживал по временам по нескольку недель в Воронеже для надзора за постройкою военного флота, и святитель помогал ему чем мог.

 Однако человек Божий, благоговея к помазаннику Божию, твёрдо хранил в душе, что святая воля Божия выше всего.

 Вблизи адмиралтейства стоял дворец царский, и по обычаю иноземному здание это было украшено изваяниями языческих богов. Раз царь пригласил к себе святителя. Старец, по простоте евангельской, пешим пошёл к царю. Уже перешёл он мост и вступил на остров реки Воронежа, где находилось адмиралтейство, как взор его встретил изваяния языческие у ворот дворца. Целомудренный взор святителя оскорбился, и благоговение его к высоте христианства, заменяемого здесь язычеством, возмутилось. Святитель не пошёл далее, а воротился в свои келии.

 Государь, которому сказали, что архиерей был у дворца и ушёл, оскорбился поступком архипастыря и послал опять звать его к себе. Святитель отвечал посланному:

 – Пока государь не повелит низвергнуть идолов, которые соблазняют народ, не могу явиться во дворец пред его царские очи.

 Услышав столь решительный ответ, Пётр пришёл в негодование.

 – Как смеет он не слушаться царской власти? – говорил гневный Пётр.

 Царь послал сказать, что если не явится сейчас же, то как преступник царской воли подвергнется казни. Святитель отвечал посланному:

 – Жизнь моя во власти царя, но для меня лучше умереть, чем нарушить долг святительского сана моего. Лучше умереть, чем присутствием своим или боязливым молчанием одобрять язычество. Неприлично государю православному ставить языческие болваны и тем соблазнять простые сердца народа.

 Гнев Петра между тем несколько остыл, и, когда передали ему слова святителя, он терпеливо выслушал их.

 Со своей стороны святитель Митрофан, хорошо зная строгость Петра и зная, что царское слово, возвестившее ему смерть, не исполнится разве по чуду Божию, спешил приготовить душу свою к вечности. Он распорядился, чтобы благовестили ко всенощному бдению в большой колокол.

 Государь, услышав благовест, спросил:

 – Что за праздник завтра?

 Ему отвечали, что нет никакого. Он послал спросить о причине благовеста к архиерею. Святитель отвечал посланному:

 – Мне, как преступнику, словом царским назначена смерть. Готовясь к смерти, хочу я совершить соборное моление с Церковию о прощении грехов моих, чтобы Господь явил надо мною милость Свою.

 Пётр изумился решимости святителя умереть по ревности к делу Божию. Он немедленно послал успокоить его милостивым словом своим и просил не тревожить народа необычайным звоном. Затем, немедля, велел снять статуи, оскорбившие пастыря.

 Услышав о последнем, святитель на другой день пришёл к царю и смиренно благодарил его за уничтожение изваяний, соблазнительных для народа. Так пастырь Божий совершил исповеднический подвиг, а государь видел по этому опыту величие духа в святителе и ещё более, чем прежде, стал уважать его.

 Святитель Митрофан и во всякое другое время близко к душе держал мысль о смерти. Достигнув глубокой старости, он написал духовное завещание.

 – Судьбами Божиими, – говорит он, – дошёл я до семидесятилетней старости и уже изнемогаю в силах телесных. Потому, помня о смерти, рассудил я написать последнее моё писание, чтобы оказать помощь душе и телу моему. Когда грешная душа моя разрешится от уз плоти, вручаю её благости премудрого Бога, создавшего её, да приимет её милостиво, как дело рук Своих; а грешные кости предаю матери всех, ожидая воскресения мёртвых.

 Затем обращает он отеческую заботу свою к пастырям церкви и убеждает их ходить достойно звания:

 – Простец согрешивший даст ответ только за свою душу, а иереи будут истязаны за многих, те, которые не радели о овцах, собирая с них млеко и волну.

 Обращаясь же к судиям, говорит:

 – Судиям епархии нашей заповедую пещись о правосудии в делах гражданских: пусть совершают праведный суд. Неправда в судах и коварство между людьми очень умножились; очень много плачущих от бедности и оскорблений, люди всякого звания терпят оскорбления, вдовы, сироты, немощные.

 Всей же пастве своей говорит:

 – Всем живущим по городам и сёлам епархии моей предлагаю строго сохранять благочестие и смотреть за спасением душ своих. Пусть все православные христиане пребывают в прародительской вере, во всём добром, в чистоте, воздержании.

 Святитель скончался двадцать третьего ноября тысяча семьсот третьего года. По воле Божией случилось, что в тот самый день прибыл в Воронеж государь. По обычаю своему поспешил он посетить доброго архипастыря, но уже застал его при последнем издыхании. Царь поцеловал его руку и остался ждать кончины, которая не замедлила. Государь сам закрыл глаза его и велел приготовить всё нужное для погребения почётного.

 Четвёртого декабря все собрались в собор, явился и Пётр Великий со всеми чинами адмиралтейства. Когда надобно было выносить тело и священники подошли, чтобы поднять его, государь, обратясь к чинам морским, сказал:

 – Нам стыдно будет, если не засвидетельствуем признательности нашей сему благодетельному пастырю отданием последней почести. Мы сами вынесем тело его.

 И с этими словами государь поднял гроб святителя и со старшими военачальниками понёс в собор, потом сам же нёс тело в усыпальницу и опустил в могилу.

 – Не осталось у меня такого святого старца, – сказал царь благодарный. – Буди ему вечная память!