Иван Медвяные росы, Иванов день, Ферапонт Худые росы
От Ферапонтовой росы и трава ржавеет (народный месяцеслов)
Ночи стоят короткие и тёплые, а к утру травы и хлеба одеваются тяжёлой росой. Она висит на каждом стебле и блестит на солнце, и кто пройдёт лугом, у того сапоги тотчас темнеют до колена. Паутина на кустах вся в каплях и сверкает, как бисер. По межам и у изгородей в полную силу цветёт рябина, и от её белых кистей пахнет густо и горьковато, а над ними с утра гудят пчёлы. В низинах подолгу держится туман, над полем поднимается лёгкий пар, жаворонок звенит в вышине, а внизу ещё сыро и зябко, и всё живое ждёт, когда солнце выпьет росу.
Пастух сидит у околицы на бревне, а за его спиной в загоне переминается стадо. Он немолод, сух и жилист, с редкой седой бородой, в посконной рубахе и лаптях, через плечо у него длинный кнут, а в руке берестяной рожок. У ног его лежит лохматый пёс, положив морду на лапы. Коровы мычат и тянутся к воротам, но пастух не трубит, а смотрит на луг и ждёт, пока сойдёт роса, хоть и знает, что «Покуда солнце взойдёт, роса глаза выест» (Даль). Солнце поднимается всё выше, роса на лугу редеет и начинает куриться паром. Ждать приходится долго, зато, когда трава обсохнет, он встаёт, трубит в рожок, и стадо, толкаясь, идёт за ним в поле.
Церковь празднует в этот день третье обретение честной главы Иоанна Предтечи. Патриарх Игнатий стоял ночью на молитве, и в тишине ему было открыто место, где много лет пролежала в земле святыня. Люди, посланные по его слову, стали копать там, где он указал, и подняли главу Предтечи на свет.
Роса сходит с травы, святыня выходит из земли, правду не спрятать навек.
Народные Традиции
Иваном Медвяные росы день назван по Иоанну Предтече, чью главу, обретённую в третий раз, вспоминает в этот день Церковь, и по росам, что, как считали, с этого дня начинают падать. Тогда же чтится священномученик Ферапонт, и по нему день звался ещё Ферапонтом Худые росы. Медвяной, или медовой, звали росу липкую и сладковатую, и доброго от неё не ждали, ибо ей приписывали ржавчину на хлебах и травах.
«Медовая роса – моровая пришла» (Даль). Скотину берегли от неё пуще всего и выгоняли стадо на выпас только тогда, когда роса сойдёт и трава обсохнет, а отвести злую напасть от скотины крестьяне просили Иоанна Крестителя и надеялись на его заступничество.
С этого дня начинали поздний сев яровых хлебов и сбор некоторых лекарственных трав, а местами на Иванов день шла главная посадка капусты. Хозяйка, взявшись за первый стебель рассады, говорила: «Дай, Боже, час добрый, чтоб капуста моя принималась и в головки складывалась». По капусте, что сажали в этот день, в Малороссии праздник звали Иваном Головатым.
Простую росу ждали с радостью, потому что «Без росы и трава не растёт» (народный месяцеслов). Сильные росы сулили хороший урожай, а большая роса обещала лён и коноплю. Глядели и на рябину, которой как раз время зацвести в полную силу. Поздний её расцвет означал долгую осень, обильный цвет обещал добрые овсы, а скудный не сулил от овса толку.
Трапеза Дня
Клёцки, как бобки и галушки, стояли в старой русской кухне рядом с лапшой, и готовили их из самого простого домашнего припаса, без покупного.
Всё нужное было своё, со своего поля и двора. «Пахарю хлеба не покупать стать» (Ермолов). Молоко давало стадо, сбережённое от худой росы, и хозяйке не приходилось ничего брать на стороне.
Клёцки заварные со сметаной
Два с половиной стакана молока вскипятить в чугунке с двумя ложками сливочного масла и солью, всыпать триста граммов муки и, не переставая мешать, заварить тесто, прогревая его на огне минут пять-десять. Дать тесту остыть, чтобы было горячим, но не обжигало, и вбить в него по одному три яйца, всякий раз хорошо промешивая; можно добавить мелко нарезанной зелени. Скатать тесто жгутом толщиной в два-три сантиметра, нарезать наискось ромбиками и варить в кипящей подсоленной воде минут шесть-восемь. Подавать горячими, полив сметаной, или с творогом, растёртым со сметаной.
Духовное Слово
Медвяная роса ложится на траву липкой сладостью, а вред от неё сказывается позже, ржавчиной на листе и хворью у скотины.
«Нет ничего сокровенного, что не открылось бы, и тайного, чего не узнали бы» (Лк. 12:2).
Иродиада добилась казни Иоанна, а над отсечённой его главой ещё и надругалась и бросила её в грязное место. Но Господь не дал святыне пропасть, и в свой срок она вышла на свет.
Что зарыто в землю, Бог видит, и что спрятано в сердце, тоже. «На языке мёд, а под языком лёд» (Даль). Ложь ложится сладко, как медвяная роса, а правда может годами лежать под спудом и всё равно выходит наружу. Так и мощи священномученика Ферапонта, когда корабль с ними настигла буря, явили себя благоуханием, и море утихло. Потому нет смысла прятать от Бога свой грех. Он знает его и так и ждёт не страха, а покаяния.
Есть, верно, и у тебя давний грех, который ты таишь даже от себя и на исповеди обходишь стороной. Назови его нынче священнику прямо, своими словами. Бог давно ждёт этого слова, и после него на душе станет легко.
Святы́й Иоа́нне, Предте́че и Крести́телю Госпо́день, и святы́й священному́чениче Ферапо́нте, научи́те и нас не таи́ти грехо́в на́ших, но испове́дати я́ пред Бо́гом, да не погуби́т душ на́ших сла́дость лжи́. Моли́те Бо́га о нас.
Тре́тье обре́тение честны́я главы́ Проро́ка, Предте́чи и Крести́теля Госпо́дня Иоа́нна. Священному́ченик Ферапо́нт, епи́скоп Ки́прский
Я́ко Боже́ственное сокро́вище, сокрове́нное в земли́,/ Христо́с откры́ главу́ твою́ нам, проро́че и Предте́че,/ вси у́бо, соше́дшеся в сея́ обре́тение,/ пе́сньми богоглаго́ливыми Спа́са воспои́м,// спаса́юща нас от тле́ния моли́твами твои́ми.
И нра́вом прича́стник,/ и престо́лом наме́стник апо́столом быв,/ дея́ние обре́л еси́, Богодухнове́нне,/ в виде́ния восхо́д,/ сего́ ра́ди сло́во и́стины исправля́я,/ и ве́ры ра́ди пострада́л еси́ да́же до кро́ве,/ священному́чениче Ферапо́нте,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
Праздник третьего обретения главы Предтечи хранит память о том, как святыня, долго скрытая в земле, по откровению патриарху вышла на свет. Церковь поёт, что Предтеча, явив миру свою главу, освящает всех, кто с верою ей поклоняется. Обличителя царя казнили, а голос его не умолк, потому что «Правда груба, да Богу люба» (Даль), и Бог её хранит. Предтече молятся о покаянии и очищении от грехов, о заступлении от врагов видимых и невидимых, об исцелении от болезней и страстей.
В тот же день Церковь чтит священномученика Ферапонта, епископа Кипрского, пострадавшего в гонение Диоклетиана. В 806 году, когда к Кипру подступили агаряне, его мощи увезли в Константинополь, и от них исцелялись многие. Имя Ферапонт по-гречески «служитель», и святой служил людям и по кончине.
В один день сходятся роса, сладкая с виду и губительная для скотины, и святыни, от которых исходит исцеление. День носил имена обоих святых, Иван Медвяные росы и Ферапонт Худые росы, и по ним крестьянин учился отличать худую росу от доброй, а о защите скотины молился Крестителю, всю жизнь обличавшему сладкую ложь.
Часть честной главы Предтечи ныне на Афоне. В Казани, на улице Баумана, в колокольне Богоявленского собора освящена церковь Обретения главы Иоанна Предтечи, а в Дивееве, в Троицком соборе Серафимо-Дивеевского монастыря, устроен придел в честь третьего обретения главы. Мощи священномученика Ферапонта почивали в Константинополе в храме его имени, и почтить его можно молитвой в день праздника, когда поют ему тропарь.
С именем Иоанна Предтечи Церковь связывает семь праздников. Когда царь Ирод по просьбе дочери Иродиады, наученной матерью, велел обезглавить пророка, Иродиада надругалась над отсечённой главой и бросила её в нечистое место, а тело Иоанна ученики погребли в самарянском городе Севастии.
Мощи Предтечи разошлись по свету. Предание говорит, что евангелист Лука, обходя с проповедью города, взял из Севастии в Антиохию правую руку пророка. В 959 году, когда Антиохией овладели мусульмане, диакон перенёс её в Халкидон, оттуда она попала в Константинополь и хранилась там до завоевания города турками, а после хранилась в Петербурге, в церкви Нерукотворного Спаса в Зимнем дворце.
Глава же пророка не раз пропадала из виду и не раз обреталась вновь. Когда в Константинополе начались волнения из-за ссылки святителя Иоанна Златоуста, её унесли в город Емесу. Оттуда во время набегов сарацин, около 810–820 годов, её перенесли в Команы и там, в пору иконоборческих гонений, скрыли в земле.
Прошли годы, гонение утихло, и иконопочитание было восстановлено. Тогда патриарху Игнатию, который возглавлял Константинопольскую Церковь в 847–857 годах, во время ночной молитвы было показано в видении место, где лежит глава Иоанна Предтечи. Первосвятитель сообщил о видении императору, и в Команы отправилось посольство. На том самом месте, которое указал патриарх, около 850 года святыню обрели в третий раз.
Главу с честью перенесли в Константинополь и положили в придворной церкви, и в память этого дня Церковь установила праздник третьего обретения. Часть честной главы ныне хранится на Святой горе Афон.
Святой Ферапонт был монахом, а потом в сане епископа нёс служение на острове Кипре, где христианство насадил ещё апостол Павел. Во время гонения, поднятого язычниками при императоре Диоклетиане, он мужественно исповедал имя Господа Иисуса Христа и принял мученический венец. Дня его кончины предание не сохранило, а память его совершается, по всей вероятности, в день перенесения мощей.
Честные мощи святого сначала почивали на Кипре и прославились чудесами. Когда агаряне опустошали восточные страны, пленяя жителей, они подступили и к Кипру. Тогда святой Ферапонт явился пономарю своей церкви и велел ему скорее взять мощи и везти их в Константинополь, а христианам сказать, чтобы уходили с острова прежде нашествия.
Христиане снарядили корабль, положили мощи в новую раку и отплыли. Когда большая часть пути была позади и показался уже Константинополь, на море внезапно поднялась великая буря, и все пришли в страх. Но от раки начало исходить, словно тонкий пар, великое благоухание. Оно наполнило корабль, разлилось по морю на три стадии вокруг, и буря тотчас утихла.
Пономарь, с любовью стороживший мощи, услышал голос из раки, звавший его, а потом этот голос услышали и все бывшие на корабле. С трепетом подступили они к раке и увидели, что от мощей истекает благовонное миро и наполняет всю раку. Христиане черпали его в стеклянные сосуды и помазывались им с верою для исцеления душ и тел.
В Константинополе мощи положили в храме Пресвятой Богородицы. Это было в 806 году, в царствование императора Никифора. Позже, ради многих чудес, христиане выстроили храм во имя священномученика Ферапонта и перенесли мощи туда.
Записаны лишь немногие из его чудес. Италиец Флорин, мучимый легионом бесов, исцелился у мощей и рассказывал, что видел, как от раки исходил тонкий благоуханный пар, которого бесы не вынесли. Анастасий из Виксинии, у которого рука висела как мёртвая, в навечерие Богоявления получил исцеление и при всех той самой рукой наполнил сосуд крещенской водой. Расслабленному Феодору святой явился во сне и подал хлеб и чашу, и тот проснулся здоровым со словами: «О как легко и скоро ты, святой Ферапонт, исцеляешь всякие недуги и болезни!»
Исцелилась девочка, у которой от рождения срослись ноги, и, придя в возраст, ходила, славя Бога. Женщина, семь лет страдавшая кровотечением, коснулась гроба святого и в тот же час стала здорова. Исцелялись прокажённые, расслабленные и скорченные, миром от мощей изгоняли бесов, и умирающие возвращались к жизни, и всё это творилось молитвами священномученика Ферапонта по благодати Господа Иисуса Христа.