Самсон Сеногной, Самсон Сеночный
На Самсона дождь – семь недель дождь (Даль)
Небо в эту пору всё чаще хмурится. С утра ещё проглянет солнце, а к полудню наползают низкие серые тучи, и тёплый затяжной дождь сеет над лугами до вечера. Скошенная трава лежит в валах тяжёлая и тёмная, сено теряет свой зелёный цвет и медовый дух, а в канавах у дороги стоит мутная вода. На лугу поникла звездчатка, так и не раскрыв поутру своих белых звёздочек, и только конский щавель стоит прямо, весь в липких каплях.
У ворот под дождём стоит хозяйка, накинув на голову мешок от дождя, и машет рукой прохожему страннику, что бредёт по дороге в мокром армяке, с котомкой и посохом. Она зовёт его в избу, не спрашивая, кто он и откуда, и уже прикидывает, где посадить его к печи сушиться и что поставить на стол. Странник кланяется и снимает шапку, а она торопит его, чтобы не мок зря. Ночевать он останется на лавке, а утром она завернёт ему в тряпицу краюху в путь и сунет малую денежку. Так в их деревне поступали всегда, и никто не считал это подвигом. «Гость в дом, а Бог в доме» (Даль), говорит она мужу, и тот молча освобождает место у стола. Лицо у неё мокрое от дождя, доброе и спокойное.
Это память преподобного Сампсона Странноприимца. Император Юстиниан лежал в тяжкой болезни, и никакие врачи не могли ему помочь, и тогда во сне ему указали на смиренного седого священника. Сампсона нашли и привели во дворец. Старец, словно прикладывая лекарство, тронул рукою больное место, и царь поднялся здоровым, а в награду врач попросил одного, дом для странников и больных.
Дождь на сене, странник в избе, свет в сердце.
Народные Традиции
Самсоном Сеногноем, а ещё Самсоном Сеночным величали день преподобного Самсона. Преподобный Сампсон был врачом, который принимал в свой дом странников и больных и служил им до конца дней, и оттого в этот день на Руси почитали странников. Странника зазывали в избу, кормили за общим столом, оставляли на ночлег под кровом, а поутру снаряжали в путь, дав ему хлеба на дорогу да малую денежку. В таком гостеприимстве не видели убытка, а видели прямую заповедь о милости к ближнему, и верили, что подавший не обеднеет, ведь дающего рука не оскудеет. Странник же нёс из села в село вести, молитву и благодарное слово, и приютить его считалось делом угодным и Богу, и людям.
По иронии, святого, чьё имя значит «солнечный», народ прозвал Сеногноем, потому что около его дня часто заряжали дожди, самые пагубные для скошенной травы. Мокрое, непрожаренное солнцем сено теряло и цвет, и запах, и добрую силу, гнило в валах и прело в стогу, уходя из корма в прелое удобрение. «На Самсона-сеногноя дождь, до бабьего лета мокро», говорили о нём с тревогой. В такие дни крестьянин ловил всякий погожий час, спешил убрать высохшее сено, покуда не настигла его новая туча, а в ненастье слушался старого наставления «Ладь косы и серпы».
Была про этот день и мудрёная присказка, похожая на загадку, «На Самсона сено зелено, каша чёрная, сено чёрное, каша белая». Смысл её прятался в погоде. Коли стоит вёдро, сено сохнет зелёным и добрым, зато на сухой год родится гречиха, а из неё варят тёмную кашу, коли же льют дожди, сено чернеет и гибнет, но зато хорошо идёт просо, из которого варят белую пшённую кашу да пекут светлые блины. Так в короткой присказке крестьянин связал воедино погоду, покос и будущий стол.
А в сибирских краях день этот звали ещё Николой обыденным, и в Тобольске в этот день приводили к церкви лошадей, служили о них молебен и кропили их святою водой, испрашивая рабочей скотине здоровья и сил перед самой страдной порой года.
Небо и травы читали в этот день так. Сухой и ясный Самсон сулил доброе вёдро и удачный покос, а густая утренняя роса обещала день, надёжный для сушки сена. Глядели и на травы. Заплачет конский щавель липкими капельками сока на листьях, или звездчатка с утра не раскроет своих лепестков, жди дождя к вечеру либо в ночь.
Трапеза Дня
Просо любит тепло и не боится дождливого лета, и в мокрый год, когда сено чернело, пшено выходило белым и обильным. Из пшена варили кашу, а разварив его в жидкую кашицу и смешав с мукой, ставили опару на блины, и блины эти выходили светлые, пышные, с нежной крупитчатой мякотью. Пекли их и в пост, на воде, без яйца и молока, а гречневая мука, подмешанная к пшеничной, давала им крепость и тёмные крапинки.
Блины ели горячими, прямо со сковороды, со льняным или конопляным маслом, а то и с мёдом. В дождливую погоду, когда в поле делать было нечего, хозяйка ставила опару с утра, и к обеду над избой стоял тёплый блинный дух, и у печи сушились и хозяева, и захожий гость. «Хороши блинки, хоть и остынут, а ещё лучше, как к вечеру покинуть» (Даль), и оставленные к ужину блины доедали вечером всей избой вместе со странником.
Блины пшённые
Стакан пшена промыть несколько раз горячей водой, залить тремя стаканами воды и разварить в печи в жидкую кашицу, а потом остудить до тёплого. Вмешать в кашицу стакан пшеничной муки и ложку дрожжевой закваски и поставить в тепло, пока не подойдёт. Добавить стакан гречневой муки, ложку мёда и щепоть соли, размешать и дать подойти ещё раз. Обварить тесто стаканом кипятка, развести до густоты жидкой сметаны и через четверть часа печь блины на раскалённой сковороде, смазанной постным маслом, ставя её в устье жаркой печи и переворачивая блин, когда схватится снизу. Подавать горячими, с постным маслом или мёдом.
Духовное Слово
Дождь стучит по крыше, сено мокнет в валах, и руки опускаются, ибо труд многих дней гибнет на глазах. Но и в самый ненастный день у крестьянина оставалось дело, которому непогода не помеха, отворить дверь тому, кто бредёт под этим дождём по дороге.
«Был странником, и вы приняли Меня» (Мф. 25:35).
Когда преподобный Сампсон уже отошёл ко Господу, в Царьграде случился страшный пожар. Пламя шло от квартала к кварталу, а странноприимница стояла посреди огня нетронутой, и люди видели, как сам старец ходит вдоль её ограды и не пускает пламя, а потом с неба пошёл ливень, и огонь погас. Дом, где при жизни он укрывал бездомных, он не оставил и по смерти.
Не о стогах и сусеках спросит Господь, а о принятом и накормленном. «Просит убогий, а подаёшь Богу» (Даль), и оттого милость не знает убытка, ибо отданное Христу не пропадает. Пусть сено гниёт в валах и пусть пропал труд, сердце, открытое страннику, остаётся богатым, и Господь Сам войдёт в него под видом того, кого ты принял.
Найди нынче, кого приветить, усталого гостя, одинокого соседа или домашнего человека, что промок под своим невидимым дождём, посади его за стол, согрей и выслушай.
Преподо́бне о́тче Сампсо́не, ми́лостивый вра́чу и стра́нных пита́телю, испроси́ и нам се́рдце, отве́рстое стра́нным и неду́жным, да не затвори́м двере́й на́ших пред бе́дствующим бра́том. Моли́ Бо́га о нас.
Преподо́бный Сампсо́н Странноприи́мец
В терпе́нии твое́м стяжа́л еси́ мзду твою́, о́тче преподо́бне,/ в моли́твах непреста́нно терпе́вый,/ ни́щия возлюби́вый и сия́ удовли́вый,/ но моли́ся Христу́ Бо́гу, Сампсо́не ми́лостиве блаже́нне,// спасти́ся душа́м на́шим.
Преподобный Сампсон Странноприимец родился в Риме, в знатной и богатой семье, и выучился врачебному искусству не ради корысти, а чтобы даром лечить бедных. Раздав наследство, он поселился в Царьграде и в малом доме своём принимал странников, нищих и больных, кормил их и врачевал, за что и был поставлен во священники. Почитается он покровителем врачей и всех, кто ходит за болящими, а молятся ему об исцелении недугов, о помощи в тяжких обстоятельствах и о даре милосердия к странным.
Память его в этот день держится на просьбе, которой не ждал от врача никто. Исцелив Юстиниана, перед которым отступились все царские лекари, Сампсон отказался от золота и серебра и попросил устроить приют для больных и бездомных, и царь выстроил странноприимницу и больницу. Церковь поёт его врачом всеизрядным и молитвенником благоприятным, к раке которого притекают с любовью.
На Самсона Сеногноя в дождливую пору зазывали в избу странников, ибо святой сам всю жизнь принимал бездомных. «Нежданный гость лучше жданных двух» (Даль), и в ненастный день, когда сено мокло в валах, крестьянин мог сделать то, чего не отнимет никакой дождь, приютить путника. Так странноприимница Царьграда отозвалась в каждой русской избе, отворившей дверь.
Тело преподобного погребли в Царьграде, в церкви мученика Мокия, и в России мощей его нет. Зато в Санкт-Петербурге ему посвящён Сампсониевский собор на Большом Сампсониевском проспекте, поставленный Петром Первым в память Полтавской победы, одержанной в день памяти святого. Самсоны чтут своего святого. Имя это древнееврейское и значит «солнечный», и таким солнышком был преподобный для всякого болящего и бездомного.
Преподобный Сампсон родился в древнем Риме, в семье знатной и богатой, вёдшей род от царской крови. Он прекрасно изучил мирские науки и сверх того обучился врачебному искусству, не по нужде и не ради выгоды, а чтобы послужить им нищим. Многих, страдавших неисцельными болезнями, он поднимал на ноги, и умению его споспешествовала благодать Божия, ниспосланная за добродетельную жизнь и веру.
Когда родители преставились и Сампсон стал хозяином обширных имений, он принялся разменивать тленные богатства на вечные. Обеими руками раздавал он милостыню, отпустил на волю множество рабов своих, оставив при себе одного для необходимых услуг, и довольствовался одною одеждой и вервием для препоясания. Отрешившись от всего, чем был связан, он ушёл из Рима странником и поселился в пустыне, как древле пророк Илия.
Но Бог, на пользу многим, привёл верного раба Своего в новый Рим, в Константинополь. Обретя там малую храмину, святой стал принимать в неё странников, нищих и недужных, врачевал их, кормил и покоил, и милосердие казалось людям соестественным ему, как солнцу свойственно светить. Все неисцельно больные, кого принимал он в дом свой, чудесно выздоравливали, а святой скрывал дар чудотворения под видом врачебного искусства, не желая людской славы. Только не может укрыться светильник под спудом. Прослышал о нём патриарх и рукоположил его в пресвитеры, хотя святой того и не искал.
Дошла слава о нём и до царских палат. Император Юстиниан впал в лютый недуг, и никто из врачей, созванных со всей империи, не мог помочь ему. Тогда царь обратился к единому Источнику исцелений и со слезами просил помощи у Бога. В сонном видении предстало ему множество врачей, и светозарный юноша указал среди них на смиренного седого старца в священнических одеждах: сей, а не иной кто, уврачует тебя. Царь повелел искать такого мужа, и один из слуг, водивший с Сампсоном дружбу, признал в описании друга своего. Святого с почётом привели во дворец. Узнав виденного во сне, царь обнял его и со слезами лобызал руки его, чая от них здравия. Старец же кротко остановил его: не уничижай себя, царь, безмерным смирением; вера твоя и упование на милосердие Христово преклонят Его на милость, ибо Он может сотворить всё, что хочет. И, будто прилагая лекарство, Сампсон коснулся рукою больного места, и царь тотчас почувствовал облегчение, а вскоре пришло к нему и совершенное здравие.
Юстиниан предлагал целителю много золота и серебра. Но святой просил об ином: устрой, царь, дом, где мог бы я покоить немощных и странников; этим и себе исходатайствуешь вечное воздаяние, и мою старость утешишь. Царь вменил такую просьбу в дар себе и воздвиг странноприимницу и больницу, приписав к ним имения на нужды призреваемых.
Ещё многие годы преподобный служил больным и странникам, достиг глубокой старости и отошёл ко Господу светел лицом, ведая, Кто призывает его и к какому тихому пристанищу. Тело его с честью погребли в церкви святого мученика Мокия, от рода которого он происходил. И по кончине святой не оставил своей обители. Когда страшный пожар, начавшийся у Святой Софии, пожирал Царьград, странноприимница стояла среди огня, как купина неопалимая: многие видели самого преподобного, обходившего её ограду и возбранявшего пламени, а после по молитвам его хлынул дождь и угасил пожар. От гроба святого истекало целебное миро, и болящие, помазуясь им, обретали здравие, как обретают его и доныне все, призывающие милостивого врача с верою.
Святой подавал по смерти исцеления так же, как подавал их при жизни. Знатный муж Феодорит, спафарий, сбегая по ступеням своего дома, оступился и повредил ногу, и три дня не мог ни есть, ни спать, ни говорить от боли, а только мысленно призывал на помощь святого Сампсона. На третью ночь он увидел преподобного у своих ног. Святой коснулся больной ноги и сказал: «Встань, ибо ты уже больше не будешь болеть». Феодорит встал здоровым и громко благодарил Бога.
Был в странноприимнице начальником некто Енесий, человек ленивый, который небрежно смотрел за нуждами больных и странников. Однажды ночью преподобный явился ему как бы наяву и с гневом стал бить его жезлом, говоря: «Почему небрежен ты к службе своей и не заботишься о нуждах странников и больных?» Енесий онемел и весь посинел от ран, и только молитва вельможи Льва, просившего святого о прощении нерадивого, вернула ему голос и здоровье. А позднее строитель странноприимницы Евстратий, скупой человек, много дней не давал больным елея и заболел глазами, и исцелился лишь тогда, когда пообещал отпускать елей для больных и странников в должной мере.