Федосья Колосяница
Пришла Федосья – во ржи колосья (народный месяцеслов)
Рожь поднялась человеку по грудь и вымётывает колос. Поле стоит сизо-зелёное, колосья ещё тонкие и пустые, без зерна, но тянутся вверх ровно, ряд к ряду, и под ветром нива ходит пологими волнами, то светлея, то темнея, как вода. От неё тянет тёплой травяной горечью. Над межой гудят шмели, в клевере стрекочут кузнечики, а в перелеске за полем который день молчит кукушка. Под молодыми берёзами, в редкой траве, проклюнулись первые грибы, крепкие, с бурыми шляпками, ещё мокрые от росы.
Хозяин лет пятидесяти идёт межою вдоль своей полосы. На нём холщовая рубаха навыпуск, подпоясанная тесёмкой, и старый картуз, борода с проседью, лицо и шея тёмные от загара. Время от времени он останавливается, отводит рукою стебли и смотрит вглубь, ровно ли пошла рожь в колос, не полегла ли где, нет ли проплешин. Сорвав колос, он кладёт его на широкую ладонь, долго разглядывает, растирает пальцами мягкие чешуйки и подносит к лицу. Колос вымётан дружно, и хозяин доволен, но вслух не хвалит. «Хвались урожаем, когда хлеб в засеку засыплешь» (Ермолов). До засеки ещё целое лето, и мало ли что пошлёт небо. Дойдя до конца полосы, он снимает картуз и крестится на поле.
Инокиня Феодосия, чью память совершают на этом числе, жила в Царьграде. Над воротами, что вели к царскому дворцу, больше четырёх веков висел медный образ Спасителя, и прохожие, подняв к нему глаза, осеняли себя крестом. Когда по приказу лжепатриарха-иконоборца воин полез с топором по лестнице сбивать святой образ, Феодосия с другими инокинями и горожанками кинулась к воротам и не дала его снять. За это её бросили в темницу, а потом убили посреди городского торга.
Нива отдаёт силу колосу, дева отдала жизнь за образ Христов, и отданное Богу не пропадает.
Народные Традиции
Федосьей Колосяницей день назван по преподобномученице Феодосии и по тому, что к этому числу в средней полосе рожь начинает вымётывать колос. «Феодосии колосяницы: хлеб колосится» (Даль). Ржаному веку старики вели точный счёт. Полмесяца рожь зеленеет, полмесяца колосится, столько же отцветает, наливает и подсыхает, и по этой мерке с Федосьи до жатвы оставалось без малого два месяца, и во многих местах день колошения справляли как большой сельский праздник.
В этот день ходили в поле смотреть хлеба. Хозяева обходили свои полосы, а молодёжь шла величать рожь, и девушки водили по меже хороводы с песней о ржице-матушке, которая заколосилась. Хлеба просили у Бога, и лучшее пожелание крестьянин так и складывал: «Уроди Бог хлеба: солома в оглоблю, колос в дугу, зерно в напалок» (Даль). Напалком звали набалдашник, и зерно мечталось с него величиною.
Звали Федосью и Гречушницей, потому что с этого дня начинали сеять гречиху и сажать бобы. С Федосьи молодёжи дозволялось скакать на досках, простых качелях из доски, положенной поперёк бревна, на концах которой двое по очереди подлетали вверх. В этот же день подкармливали скотину печёным хлебом, сочнями и баранками.
Приметы дня держались поля и леса. Коли рожь дружно пошла в колос, ждали и грибного лета: «Колосится рожь – много грибов найдёшь» (народный месяцеслов). Вёдро над хлебной нивой сулило скорую спелость. Примечали и кукушку, ведь «Кукушка житным колоском подавится» (Даль), то есть смолкнет, едва заколосится рожь. Скоро рожь зацветала, и по цвету её судили о будущей цене хлеба. Начнёт цвести снизу, хлеб будет дёшев, с середины, будет средней цены, а с верхушки, дорог.
Трапеза Дня
Колосовиками звали первые летние грибы, белые, а по иным местам и подберёзовики, которые показываются в перелесках, когда рожь выходит в колос. В толковом словаре ранний гриб назван ещё и колосником. В голодном июне колосовик был первым даром леса, и брали его без сева и пахоты. Белые грибы весенней поры в старину солили на лето, а осенние на зиму, но первые свежие колосовики шли прямо на стол.
Молодой колосовик плотен и чист, и для него довольно своей сметаны да масла. «Коли грибовно, так и хлебовно» (Даль). По первым грибам загадывали и о хлебе, и миску грибов в сметане ставили к ржаному ломтю. Сметана в эту пору была своя, июньская, от коров, вышедших на свежую траву.
Колосовики в сметане
Взять полную тарелку молодых крепких колосовиков, граммов пятьсот, очистить, обмыть, крупные разрезать пополам или на четыре части, а мелкие оставить целыми. Сложить грибы в глиняный горшок или кастрюлю, положить граммов пятьдесят сливочного масла, залить тремя стаканами сметаны, накрыть крышкой и дать закипеть. Ещё пятьдесят граммов масла растереть со столовой ложкой муки, пощипать кусочками в горшок, положить пучок петрушки и тушить под крышкой на тихом огне или в вольном духе печи, пока грибы не станут мягкими. Перед подачей вынуть петрушку, посолить, поперчить и посыпать мелко резанной свежей зеленью. Подавать горячими, с ржаным хлебом.
Духовное Слово
Рожь в эту пору тянет из земли всю силу в колос. Стебель ничего не оставляет себе, и оттого колос наливается.
«От Тебя всё, и от руки Твоей полученное мы отдали Тебе» (1 Пар. 29:14).
У юной инокини Феодосии было большое наследство, а у монастырских ворот стояли вдовы, сироты и нищие. Она рассудила по-своему. Золото и серебро ушло к мастеру и вернулось в храм святой Анастасии тремя большими иконами, а всё прочее разошлось по рукам бедных. Сама она осталась ни с чем, в одной иноческой одежде, и служила Богу день и ночь.
«Тороватому Бог даёт, а у скупого чёрт таскает» (Даль). Тороватым звали щедрого, того, у кого рука не сжата в горсть. Родители вымолили Феодосию постом и молитвой и ещё до её рождения обещали Христу, а она сама довершила этот обет, вернув Богу и наследство, и себя. Удержанное в горсти скудеет, а отданное не теряется. Кто отдаёт, тот учится жить от Божией руки, а не от своего сундука, и рука эта не оскудевает.
Оглянись нынче дома. Найдётся вещь, что давно лежит без дела, а кому-то рядом очень нужна, тёплое одеяло, крепкая ещё обувь или детские книжки. Отнеси её соседке, что одна растит внуков, или в семью, где много детей, и отдай без лишних слов. А перед сном поблагодари Бога за то, что было что отдать.
Преподобному́ченице Феодо́сие, испроси́ нам у Бо́га се́рдце ще́дрое, да Тому́ возвраща́ем, е́же от Него́ прия́хом, и не прилепля́емся к бога́тству тле́нному. Моли́ Бо́га о нас.
Преподобному́ченица Феодо́сия Константинопо́льская, де́ва
Доброде́тель благоприя́тно, му́ченице, пости́гла еси́,/ Христо́во прия́телище бы́вши чи́стое,/ и Свята́го Ду́ха дом возлю́блен;/ отню́дуже посрами́ла еси́ врага́, борю́щаго род челове́ческий,/ до́бре страда́вшая,/ и посе́кла еси́ Копрони́ма, Феодо́сие, мече́м ве́ры,/ и к черто́гу Небе́сному преста́вилася еси́, ра́дующися.// Тебе́ ве́рою чту́щим при́сно проси́ ве́лия ми́лости.
Преподобномученица Феодосия, инокиня константинопольской обители святой мученицы Анастасии, пострадала в начале иконоборческой смуты, около 730 года. В песнопении дня святую просят испросить велию милость всем, кто с верою чтит её память. Царь Лев Исавр велел истреблять святые образа, и лжепатриарх послал воинов снять древний медный образ Спасителя над Медными воротами. Инокини во главе с Феодосией, ревнуя о святыне, опрокинули лестницу, спафарий, полезший с топором, разбился и был ими забит до смерти, и царь велел мстить. Подруг Феодосии посекли мечами, а её саму неделю мучили в темнице и убили на Воловьем торгу.
Имя её дню дал колос. Крестьянин, выйдя нынче на полосу, видит первый плод долгого труда, ещё не хлеб, но обещание хлеба, а Церковь поёт о Феодосии, что, пострадав за святыню, она радуется ныне с небесными воинствами и покрывает почитающих её. Святыню она ставила выше и золота, и самой жизни, на иконы отдала наследство, а за икону отдала себя. «Богово дорого, бесово дёшево» (Даль). Ради образа Христова она не пожалела себя, и её жатва собрана в Божию житницу.
Мученицу погребли в константинопольском монастыре Диокритис, и место погребения прославилось исцелениями. Молиться святой можно перед её иконой, в храме и дома.
Имя Феодосия значит по-гречески «Богом данная». Именинницы этого дня Феодосии, в народе Федосьи; того же корня мужское имя Феодосий, в народе Федосей. Каждой Феодосии святая тёзка напоминает, что данное от Бога Ему и возвращается, и оттого не скудеет.
Святая Феодосия родилась в VIII веке в Константинополе от богатых, честных и благочестивых родителей. Долгие годы они были бездетны. Скорбя об этом, они много молились и постились, днём и ночью прибегали к храмам Божиим и щедро раздавали милостыню бедным.
Однажды на всенощном бдении в храме святой мученицы Анастасии мать молилась о разрешении неплодства усерднее прежнего. Когда она ненадолго задремала, ей явилась святая Анастасия и сказала: «Не печалься, жено, ибо ты зачнёшь и родишь». Проснувшись в великой радости, она рассказала о видении мужу. Муж ответил: «Жив Господь! Если Он разрешит неплодство наше, мы принесём рождённое дитя, сына ли, дочь ли, в дар нашему Владыке, Христу Богу».
Спустя некоторое время жена зачала и родила девочку. Её назвали Феодосией, то есть «данною от Бога», ибо она была дарована Богом, и просветили святым крещением. На сороковой день мать принесла дочь в храм святой Анастасии, где при храме был монастырь для девиц, посвятивших себя Богу. Со слезами радости она благодарила Бога и святую мученицу и обещала посвятить дочь иноческому чину. Дома она воспитывала обещанное Богу дитя с великим вниманием, учила её чтению божественных книг и страху Божию и разжигала в её сердце любовь к Богу.
Когда Феодосии исполнилось семь лет, умер её отец. Тогда мать привела отроковицу в монастырь святой Анастасии и отдала её для пострижения во святой ангельский чин. Через три года умерла и мать и оставила всё своё имение дочери-инокине.
Достигнув совершенного возраста, Феодосия не захотела принять это имение и отдала его Богу, Которому принесла в жертву и саму себя. Она призвала золотых дел мастера, дала ему довольно золота и серебра и велела сковать три иконы, Христа Спасителя, Пресвятой Богородицы и святой мученицы Анастасии. Иконы были величиною в три локтя, и блаженная Феодосия поставила их в храме. Всё остальное имение она раздала нищим, убогим, сиротам и вдовам. Сама же в иноческой нищете служила Господу день и ночь и богатела богатством духовным. Постом она смиряла плоть, а невидимого врага побеждала смирением, кротостью, любовью, чистотой, послушанием и прочими иноческими добродетелями.
Однажды ночью, когда святая молилась, к ней подступил диавол и сказал: «Вот ты ополчаешься на меня. Так и я ополчусь на тебя, и не только на тебя, но и на всех христиан. Я нашёл человека, через которого воздвигну брань на Церковь, и многих отвращу от поклонения иконе Христовой». Святая Феодосия осенила себя крестным знамением и сказала: «Да будешь проклят ты, диавол, противник христиан! Да погибнут все козни твои силою Христа, Бога моего!» Диавол исчез, а преподобная запела псалом Давидов: «Да восстанет Бог, и расточатся враги Его, и да бегут от лица Его ненавидящие Его» (Пс. 67:2).
Об этом страшном видении святая рассказала игумении и спросила её, откуда может прийти на христиан беда, которую обещал враг. Игумения ответила: «Дочь моя! Апостол свидетельствует, что все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы. Стадо Христово всегда смущали лукавые люди, мудрствующие неправо, и они-то суть орудия диавола. Так и ныне наведёт он на Церковь смущение и гонение. А ты пребывай в том, чему научена, зная, кем ты научена».
Спустя некоторое время против благоверного царя Феодосия восстал его воевода Лев, родом исаврянин, отнял у него царскую власть и воцарился сам. Сначала он казался благочестивым, но скоро стал оскорблять святыню церковную. Он хулил святые иконы, называл их идолами, а поклоняющихся им идолопоклонниками, и издал приказ по всему царству уничтожить почитание икон.
Константинопольский престол занимал тогда святой патриарх Герман. Вместе с православными епископами он противился царю и не принял его приказа. Он говорил царю, что от древности Церковь почитает святые иконы, начиная с нерукотворного образа, который Сам Спаситель послал на полотенце эдесскому князю Авгарю, и с образа Пречистой Девы, написанного святым евангелистом Лукой. Шесть Вселенских Соборов не похулили этого обычая, а повелели покланяться изображениям святых. «Знай же, царь, – сказал патриарх, – что я ради святых икон готов принять и самую смерть, ибо кто бесчестит икону, бесчестит и Того, Кто на ней изображён».
Царь исполнился гнева и стал преследовать верующих. Святого Германа воины с бесчестием и побоями прогнали с патриаршества, а на его место царь поставил лжепатриарха Анастасия, своего единомышленника. Тогда же по приказу царя сожгли библиотеку при училищах у храма Святой Софии вместе с учителями, которые воспротивились нечестию. Весь Константинополь был в великой скорби. Иконы повсюду сокрушали, бросали в болота и жгли на кострах, и лжепатриарх велел выбросить их из великой церкви и из всех прочих храмов.
В Константинополе были ворота, которые звались Медными. Их построили ещё при великом Константине, и вели они к царским палатам. Над воротами более четырёхсот лет находился медный образ Спасителя. Лжепатриарх задумал снять его и предать огню и послал воинов с топорами. Начальник их, саном спафарий, приставил к воротам лестницу и с топором в руках стал подниматься по ней.
Его увидели благочестивые женщины, проходившие мимо, и инокини, среди которых была преподобная Феодосия. Разгоревшись ревностью по иконе Христовой, они по слову Феодосии, ревновавшей о святых образах более всех, бросились к лестнице и опрокинули её. Спафарий упал с высоты и сильно разбился, а инокини, волоча его по земле, били, пока он не умер. Потом они поспешили к лжепатриарху Анастасию, стали обличать его нечестие и называть волком, еретиком и врагом Церкви Христовой и метать в него камнями.
Анастасий в страхе, как бы не поднялся всенародный мятеж, поспешил к царю и рассказал ему и о своём бесчестии, и о смерти спафария у Медных ворот. Царь в ярости послал воинов с обнажёнными мечами, и святые жены были посечены за свою ревность о благочестии. Блаженную инокиню Феодосию, родом знатнее прочих, дерзновеннее всех исповедовавшую веру и бывшую виновницей всего, царь велел заключить в темницу и бить каждый день по сто ударов. Так мучили святую семь дней.
На восьмой день мучитель приказал водить её по всему городу и бить без милосердия. Когда святую привели на место, которое звалось Воловьим торгом, где продавали и резали скот, один из воинов нечаянно наступил на большой козий рог и поранил ногу. В гневе он поднял этот рог, стал бить им мученицу по голове и пронзил ей горло. Тотчас святая преподобномученица Феодосия предала свою душу в руки бессмертного Жениха и отошла в Его небесный чертог, увенчанная двойным венцом, девства и мученичества.
Многострадальное тело её, брошенное наземь, христиане с благоговением подняли и похоронили. От честных мощей святой Феодосии подавались исцеления болящим во славу Христа, Бога нашего.