Лукьян Ветряк, Лукьян Ветреник

На Лукьяна от хозяина пахнет ветром, а от хозяйки – дымом (народный месяцеслов)

    С утра тянет ровный тёплый ветер, и по ржи на взгорке ходят волны. По небу бегут высокие белые облака, и тени их скользят по лугам и перелескам. Над избами дым из труб не поднимается столбом, а стелется по ветру в одну сторону, и по нему видно, откуда тянет. На выгоне ветер ерошит шерсть на овцах и гонит по траве светлые полосы. Крылья ветряной мельницы на краю деревни крутятся без устали и поскрипывают, а у мельницы по дороге пылят телеги с мешками. В огородах ветер треплет ботву, бельё на верёвках надувается парусом, и даже куры во дворе жмутся к плетню.

 Мельник лет шестидесяти, в белой холщовой рубахе, весь в мучной пыли, с белыми от муки бровями и бородой, выходит на порог мельницы и долго смотрит на небо. Ветер переменился, но мельник не тревожится. «Перемелется – всё мука будет» (Даль). Он налегает плечом на длинное водило и неторопливо поворачивает мельницу крыльями к ветру. Крылья вздрагивают, набирают ход, внутри глухо заговорили жернова, и мельник, перекрестившись, уходит засыпать зерно. Лицо у него обветренное и спокойное, как у человека, который много лет живёт с ветром в ладу.

 Мученик Лукиллиан долгие годы был языческим жрецом и уверовал во Христа уже седым стариком. За это его долго мучили, а потом заперли в темницу. Там сидели четверо юношей, взятых за ту же веру, и старик, сам изувеченный пытками, всё время, что был с ними, ободрял их и молился вместе с ними, чтобы они не убоялись смерти. Вместе они и пошли на казнь.

 Ветер приходит, откуда не ждали, и Божия благодать нашла старого жреца на склоне его лет.

Народные Традиции

    Святого мученика Лукиллиана в простом народе звали Лукой или Лукьяном, а прозвали Ветряком, потому что в эту пору поселяне особенно приглядывались к ветрам и по ним судили о лете. Примета эта была чрезвычайно распространена, её знали в Тверской, Владимирской, Ярославской и других среднерусских губерниях.

 Смотрели, откуда подует, по дыму из труб, по траве и по облакам. «На Лукьяна южный ветер – к урожаю яровых, северо-западный – к сырому лету, восточный – к наносным болезням» (народный месяцеслов). Северного ветра, сиверка, опасались особенно, потому что он сулил дождливую осень, когда рожь в поле зальёт дождями.

 По другим приметам судили о грибах и сене. Если дождь шёл весь день, ждали много грибов, гроза в этот день обещала плохую уборку сена, а обильная роса сулила урожай льна и конопли. Был и хозяйский совет для тех, кто задумал рыть колодец, и тогда опрокидывали на землю сковороду и по тому, отсыреет ли она снизу, узнавали, близко ли вода.

Трапеза Дня

    Рыбником звали пирог, в который запекали целую рыбу или большой кусок рыбы. Летом мужики ловили рыбу, и улов шёл не только в уху, но и в пирог. «Ловися рыбка малая и большая!» (Даль). На рыбник брали рыбу малокостистую, судака, а на Севере треску или навагу.

 Небольшую рыбу клали в тесто целиком, а крупную снимали с хребта пластом, и весь её сок оставался внутри пирога. Тесто на рыбник ставили сдобное, с маслом и яйцами. От хозяйки в такой день и впрямь пахло дымом, ведь пирог сажали в жаркую печь, и вся изба ждала, когда его вынут.

 Рыбник

 Растворить полтора стакана тёплой воды с дрожжами и половиной муки, взяв всего граммов шестьсот-восемьсот муки, и поставить опару в тепло. Когда она поднимется, посолить, положить две ложки масла и два яйца, всыпать остальную муку и вымесить, пока тесто не перестанет приставать к рукам, а потом дать ему ещё раз подойти. Судака граммов на шестьсот очистить от чешуи, выпотрошить и обмыть; крупную рыбу снять с хребта целым пластом, а небольшую оставить целиком. Посыпать рыбу солью и перцем. Тесто разделить надвое, раскатать два пласта, на один положить рыбу, накрыть вторым, края соединить и плотно защипнуть, дать пирогу расстояться и печь в жаркой печи до румяной корочки.

Духовное Слово

    Человеку в беде мало добрых слов. Ему нужно, чтобы кто-то пришёл, принёс хлеба, перевязал рану и посидел рядом.

 «Дети мои! станем любить не словом или языком, но делом и истиною» (1 Ин. 3:18).

 Вечером у ворот никомидийской темницы стоит молодая девушка с узлом в руках. Стражник ворчит, но, получив золотую монету, отпирает дверь, и Павла входит к узникам. Она молча развязывает узел, в нём хлеб, кувшин воды и чистое полотно. Старый Лукиллиан с запёкшимися ранами сидит у стены, и Павла, присев рядом, бережно промывает ему раны и перевязывает их, а юноши ждут своей очереди. Наутро она придёт снова, а когда их погонят на казнь в Византию, пойдёт следом.

 Павла ничем не могла освободить узников, но могла не оставить их одних. Её вера была в руках, которые несли хлеб и бинтовали раны, и в ногах, которые шли за узниками туда, куда их вели. Такая любовь не громка, но Бог её видит, а потом и сама Павла приняла мученический венец.

 Узнай нынче, нет ли среди знакомых лежачего больного или старика, которому трудно выйти из дома. Отнеси ему что-нибудь съестное, помоги по хозяйству, вынеси мусор, а потом посиди немного рядом. Не спрашивай, чем помочь, а сделай то, что видишь.

 Святы́й му́чениче Лукиллиа́не со дру́жиною твое́ю и свята́я му́ченице Па́вло, испроси́те нам у Христа́ Бо́га любо́вь де́ятельную, да не сло́вом то́кмо, но и де́лом послу́жим стра́ждущим. Моли́те Бо́га о нас.

Му́ченик Лукиллиа́н и с ним пострада́вшие

Му́ченик Твой, Го́споди, Лукиллиа́н/ во страда́нии свое́м вене́ц прия́т нетле́нный от Тебе́, Бо́га на́шего:/ име́яй бо кре́пость Твою́,/ мучи́телей низложи́,/ сокруши́ и де́монов немощны́я де́рзости./ Того́ моли́твами// спаси́ ду́ши на́ша.

    Мученик Лукиллиан жил близ Никомидии при императоре Аврелиане, в III веке, и был языческим жрецом. Уже в почтенной старости он по благодати Христовой понял обман идолов, принял крещение и обращал других, и многие по его примеру обращались ко Христу. Его оклеветали из зависти, отдали на муки и бросили в темницу, где он укреплял к подвигу четверых юношей, заключённых за Христа. «Никто не может, так Бог поможет» (Даль). Когда всех их ввергли в огонь, Бог сохранил их невредимыми, а потом мученики приняли смерть в Византии.

 Старик, который ещё недавно сам приносил жертвы идолам, стал наставником для юношей, годившихся ему во внуки. Обращение его показывает, что Христос, желающий всем спастись, призывает и в старости, и что старость не помеха ни вере, ни подвигу, ни тому, чтобы стать опорой для молодых. Рядом с ним Церковь поминает и деву Павлу, которая служила узникам, а потом сама пострадала за Христа.

 В народе день его зовут Ветряком. Ветер на Лукьяна читали, чтобы узнать, каким выйдет лето, а старый жрец, сам того не ждавший, на склоне лет узнал иное и отрёкся от идолов, которым служил всю жизнь. Узнав, он уже не отступил, когда за это пришлось страдать.

 Мучеников чтут в этот день у их иконы, и тропарь мученику Лукиллиану поётся на службе дня, а вместе с ним поминают и его дружину, юношей и деву Павлу.

 Имя Лукиллиан латинское и восходит к слову, означающему «светлый». Именины в этот день справляют Лукьяны, Клавдии, Ипатии, Павлы, Дионисии, в народе Денисы, а из женщин Павлы, в обиходе Полины.

 Святой мученик Лукиллиан, пострадавший во времена римского царя Аврелиана, сначала пребывал в язычестве и даже был идольским жрецом. Он достиг уже маститой старости и был почтенного вида, украшенный сединою. Жил он недалеко от Никомидии и служил в капищах языческим богам.

 Потом по благодати Христа, желающего всем спастись, он убедился в обмане бесовском и языческом заблуждении, достиг познания истины и уверовал в единого истинного Бога, Господа Иисуса Христа. Он отверг идолов, и обновилась в старости, как у орла, юность его. Тогда он возродился святым крещением и всей мыслью и душой предался любви ко Христу.

 Он стал объяснять язычникам суету их нечестия и своим учением приводил многих ко Христу. Видя, что по его примеру многие оставляют идолов и принимают крещение, недоброжелатели из зависти оклеветали его и предали суду. Раба Христова привели к правителю Никомидии Силвану. Правитель сильно принуждал старца отречься от Христа и вернуться к идолослужению, но тот отказался. Тогда Силван в ярости повелел предать его мукам. Святому сокрушили челюсти, нещадно били его палками, повесили вниз головой, а после долгого мучения ввергли в темницу.

 Там святой Лукиллиан нашёл четырёх отроков, заключённых за Христову веру, Клавдия, Ипатия, Павла и Дионисия. Он радостно беседовал с ними о Христе Боге и укреплял их к подвигу, чтобы они, помня вечное воздаяние, не боялись временных мук и не жалели цветущей юности своей для Христа. Все вместе они молились Богу дни и ночи и утешались надеждою на Христа.

 Спустя много дней святого Лукиллиана снова подвергли мучениям, уже вместе с отроками, и бросили их в раскалённую печь. Но всемогущий Бог явил над ними Свою милость, как некогда над тремя отроками в печи вавилонской. Огонь обратился в холод, пламя в росу, обильный дождь, пролившийся свыше, охладил всю печь, и святой Лукиллиан с отроками вышли невредимыми. Язычники, ослеплённые неверием и злобою, приписали это чудо Божие волшебству христиан.

 Тогда неправедный судия осудил святых мучеников на смерть и отослал их в Византию, чтобы там они приняли казнь. В Византии четыре святых отрока были усечены мечом, а святого Лукиллиана повесили на кресте, пригвоздив его ко древу гвоздями по всему телу, и так он предал дух свой Богу.

 К страдальческому венцу их присоединилась святая дева Павла. Рождённая от христианских родителей, она с юности любила Христа и хранила девство для бессмертного Жениха. Осиротев и имея достаток, она обходила темницы и, покупая у стражи золотом право входа, посещала узников, страдающих за Христа. Голодным и жаждущим она приносила пищу и питьё, нагим подавала одежду, омывала и отирала уязвлённые тела мучеников, прикладывала пластыри и обвязывала раны чистым полотном. Целуя их раны, принятые за Христа, она со слезами просила их молиться о ней.

 Приходила она и к святому Лукиллиану с отроками в никомидийскую темницу и слушала его наставления. Когда святых мучили, она втайне прилежно молилась, чтобы Христос дал им мужество претерпеть до конца. Когда их повели на смерть в Византию, она последовала за ними и служила им, а когда отроков усекли, взяла их честные тела и с благоговением предала погребению.

 По кончине святых она вернулась в Никомидию и продолжала своё служение. Нечестивые узнали, что она христианка, и привели её к тому же правителю Силвану. Видя, что она непокорна и ласкам, и угрозам, он велел долго бить её прутьями и палками. Когда она изнемогла от ран телом, но не духом, явился Ангел Господень и исцелил её, и она стала в муках ещё смелее. Её били по устам за укоры мучителю, ввергли в темницу, а потом бросили в раскалённую печь, но она вышла из неё без вреда.

 Тогда мучитель осудил её на усечение мечом и отослал в Византию, чтобы она приняла казнь там же, где скончались святой Лукиллиан и отроки. На том месте, где Лукиллиан принял крестную смерть, мученица усердно поблагодарила Бога, сподобившего её мученического венца и общения со святыми, радостно преклонила под меч свою главу и была усечена. Так она вошла в небесный чертог, увенчанная двойным венцом, девства и мученичества.