Мокий и Марк, Стожары, Маков день

Мокий землю мочит, а Демид на стогу стоит (народный месяцеслов)

    Середина июля стоит сырая. После долгого зноя небо затянуло, по утрам моросит, и скошенное сено на лугах темнеет в валах, не успевая просохнуть, а земля после дождей дышит тяжёлым сырым теплом. На огородах подошёл мак, его высокие стебли покачивают тяжёлые сизые головки, а по лугам густо стоит щавель. Рожь на полосах побурела, и кое-где уже вышли на первый зажин. Ночами, когда небо проясняется, над стогами встаёт тесная горсть звёзд, которую в народе зовут Стожарами.

 Старый стогоправ стоит на верху недомётанного стога и держится за стожар, высокий шест, вокруг которого кладут сено. Снизу сыновья подают ему на вилах навильник за навильником, а он укладывает сено по кругу и утаптывает, чтобы стог лёг плотно и не протёк. Волосы, борода и брови у него в сенной трухе. Время от времени он глядит из-под руки на край неба, откуда ползёт тёмная туча, и прикидывает, успеют ли завершить стог до дождя. «Мокий поля орошает, а Демид с сеном убрать поспешает» (народный месяцеслов), и старик торопит сыновей, но голос у него спокойный, хозяйский. Внизу жена с дочерью сгребают граблями остатки сена, торопясь вслед за мужчинами, и в воздухе уже пахнет близким дождём.

 Церковь хранит память мучеников Мокия и Марка, которые не принесли жертвы идолам и были приговорены к смерти. До самого места казни за Мокием, рыдая, шли его жена и малые дети, и он попросил их не лить слёз, а сам спокойно принял удар меча. Голову Марка, усечённого вслед за ним, бережно приняла в свои руки его жена.

 Сено на стог, мак в головке, имена на небесах.

Народные Традиции

    У дня было три имени, Мокий и Марк, Стожары и Маковый день. Оба мученика пострадали за Христа в давние гонения, и с ними поминается мученик Диомид, которого народ звал Демидом. В старом месяцеслове день этот был отмечен скупо, зато имя мученика Мокия на слух родня слову «мокрый», и оттого день считали склонным к дождю и сырости, а Демида ставили рядом хозяином, что спешит метать сено на стог, покуда оно не размокло вконец. В присказках про соседей по святцам жила сущая правда сенокосной страды.

 Другое, самое красивое имя дня было Стожары. Так звали в народе тесную горсть звёзд в ночном небе, что ныне зовут Плеядами, и ясные Стожары в июльской ночи были доброй приметой, сулившей удачную страду. Стожаром же звали и крепкий шест, что вбивали посреди луга и вокруг которого метали стог, чтобы держался он ровно и не разъезжался. Как небесные Стожары стоят над спящей землёй, так на скошенном лугу вставали вокруг своих стожаров тучные стога.

 С Маковым днём во многих краях начинали жать озимую рожь, и к сенокосу прибавлялась жатва. Летняя страда была очень тяжела для крестьянина, ведь немало пота надо было пролить, чтобы и на скотину накосить, и хлебом закрома наполнить. Только политое потом поле кормит весь год, «Работай до поту, так поешь в охоту» (Даль), и крестьянин не сетовал на усталость, зная, что летний пот обернётся зимней сытостью.

 Маковым день звали потому, что к этой поре подходил мак, и хозяйки начинали собирать маковые головки. Мак был лакомством и доброй начинкой, шёл в пироги и постные кушанья, и малое его зёрнышко ценили за сытность и сладость, приберегая к праздничному столу.

 Погоду угадывали по дождю и звёздам. Считали, что если Стожары ярко горят на чистом небе, то жди сухих погожих дней, добрых для жатвы и покоса, а коли день выдался мокрым, то и сенокос затянется в сырости. По обилию щавеля на лугах судили о будущей зиме, и коли уродилось его много, то и зима придёт мягкая да тёплая.

Трапеза Дня

    К Макову дню на огородах подходили маковые головки. Их срезали, подсушивали и вытряхивали мелкое тёмное зерно, лакомство и добрую начинку, что берегли к праздничному столу. Мак на Руси знали исстари и особо ценили в пост, потому что из растёртого зерна выходило белое постное молочко, каким белили кутью и поливали постные каши. А цветущая маковая гряда была украшением всякого двора, и девичью красу сравнивали с ней: «Красная девка в хороводе, что маков цвет в огороде» (Даль).

 В скоромный день мак шёл в пирог на сдобном тесте, свёрнутый рулетом, так что в разрезе виднелась тёмная спираль начинки. А в постный обходились маковниками, медовой сладостью, которую резали ромбами и раздавали детворе как гостинец.

 Пирог с маком

 Распустить ложку дрожжей в стакане тёплого молока, вмешать два яйца, три ложки растопленного масла, две ложки мёда, щепоть соли и столько муки, чтобы вышло мягкое тесто, и дать ему подойти в тепле. Стакан мака залить кипятком на полчаса, воду слить, а мак растереть в макитре деревянным пестом с тремя ложками мёда до тёмной вязкой массы. Тесто раскатать пластом, намазать маком, свернуть рулетом, уложить на лист, дать расстояться, смазать желтком и печь в протопленной печи до румяной корки.

 Маковники медовые

 Стакан мака запарить кипятком, откинуть на сито и растереть в макитре, пока зерно не побелеет. Полстакана мёда уварить в глиняном горшочке на шестке у жара до лёгкого загустения, всыпать мак и, помешивая, уваривать, пока масса не станет густой и тягучей. Выложить её на смоченную холодной водой доску, разровнять тонким пластом, остудить и нарезать ромбами.

Духовное Слово

    Семьдесят учеников, которых Господь посылал по двое в города и селения, воротились к Нему с радостью. Они рассказывали наперебой, что даже бесы повинуются им о имени Его.

 «Радуйтесь тому, что имена ваши написаны на небесах» (Лк. 10:20).

 Господь не отнял у них радости, но повернул её к главному. Сила, которую им дали, была даром на время служения, а имя, вписанное у Бога, есть их вечная доля. И в тот же час Он возрадовался духом и прославил Отца за то, что Он открыл это не мудрым и разумным, а младенцам.

 Мученики не оставили по себе ни книг, ни громкой славы, и земля почти забыла их, а Церковь помнит их имена. Малое дитя заступило им путь к идолам, и простые семейные люди оказались твёрже своих мучителей. У Бога нет мелочей и нет забытых имён. Кто трудится незаметно и молится без свидетелей, тот не пропадает у Бога, и в этом утешение для всякого, кто верен в малом.

 Сделай нынче доброе дело для своих так, чтобы о нём никто не узнал, и помяни в молитве по имени тех из родных, о ком давно никто не вспоминает.

 Святи́и му́ченицы Мо́кие и Ма́рче, испроси́те и нам у Го́спода кре́пость ве́ры и терпе́ние в труде́, да и имена́ на́ша напи́шутся на небесе́х. Моли́те Бо́га о нас.

Му́ченики Мо́кий и Марк

Му́ченицы Твои́, Го́споди, во страда́ниих свои́х венцы́ прия́ша нетле́нныя от Тебе́, Бо́га на́шего, иму́ще бо кре́пость Твою́, мучи́телей низложи́ша, сокруши́ша и де́монов немощны́я де́рзости. Тех моли́твами спаси́ ду́ши на́ша.

    Святые Мокий и Марк приняли смерть за Христа в древние гонения. Епарх Максимиан склонял их к жертве идолам сначала уговорами, потом угрозами, но оба остались тверды в исповедании веры и были усечены мечом. Молятся им о твёрдости в вере, о терпении в скорбях и о мире в семье в дни испытаний.

 Сердцевиной их памяти стали домашние мучеников. Жена и дети Мокия провожали его до места казни, и он утешал их, прося не плакать, а голову Марка после казни держала в руках его жена. Святые эти были не отшельниками, а семейными людьми, и вера их прошла через самое дорогое, что есть у человека. Церковь поёт, что мученики Господни, имея крепость Его, низложили мучителей и сокрушили немощную дерзость бесов.

 В народе день звали Мокием мокрым, а пору знали страдной, когда и сено надо убрать до дождя, и рожь зажать. Мученики, не принёсшие жертвы, были людьми простыми и семейными, и крестьянину, что под дождём спасал сено ради своих детей, их верность была понятна без толкований. «Мокрый дождя, а нагой разбою не боится» (Даль), и кто отдал Богу всё, тому уже нечего страшиться.

 Вспоминают в этот день и святителя Филиппа, митрополита Московского, и перенесение его мощей с Соловков в Москву в 1652 году. Святитель дерзнул обличить царя Ивана Грозного за произвол опричнины, был заточён в Тверской монастырь и там задушен Малютой Скуратовым, а ныне мощи его почивают в Успенском соборе Московского Кремля. В тот же день вспоминают блаженного Иоанна, юродивого Московского, благоверных князей Василия и Константина Ярославских и мученика Диомида.

 Мокии и Марки поминают своих святых. Марк имя римское, его возводят к имени бога-воителя Марса и толкуют как «молот», а имя Мокий толкуют из греческого «насмешник». Крепким молотом веры и стоял мученик у жертвенника, а над насмешкой мучителей вера Мокия взяла верх.

 Святых Мокия и Марка схватили и привели к епарху Максимиану, и тот сперва уговаривал их принести жертву идолам, а после стал грозить смертью. Когда святых повели к жертвеннику, случилось дивное: малое дитя шло перед ними и не давало им идти, словно заграждая собою дорогу к идолам. Язычники подняли ребёнка на плечи и били подпругою, нанеся ему сто десять жестоких ударов, а дитя лишь сказало епарху: худому учишь ты меня, епарх. Так устами младенца обличилась вся неправда мучителей.

 Святые же остались тверды в вере и исповедании Христовом и жертвы не принесли. Тогда им отсекли мечом головы. Вслед за святым Мокием шли на место казни его жена и дети и плакали, но мученик велел им не плакать: не о чем рыдать там, где человек идёт ко Христу. А главу святого Марка, когда он был усечён, приняла на руки его жена. Так два свидетеля Христовых, мужи семейные, простые и твёрдые, прияли нетленные венцы от Бога нашего. Память их Церковь совершает 16 июля.