Андрей Налива, Андрей Критский
На Андрея озими в наливах дошли, а батюшка овёс до половины дорос (Даль)
Хлеба наливаются. Озимая рожь стоит высокая, тяжёлый колос клонится к земле, и зерно в нём из молочного становится восковым. Овёс поднялся до половины своего роста, а греча ещё только на всходе, и её низкие листья зеленеют между полосами. Жара стоит ровная, но полю нужен и дождь, и всякую тучу над нивами встречают с надеждой. По утрам над полосами стоит лёгкий туман, днём над рожью дрожит марево и в колосьях стрекочут кузнечики, а по краю нивы синеют васильки.
Немолодой хозяин вышел вечером на межу. Он обходит свои полосы одну за другой, пригибает к себе тяжёлый ржаной колос, растирает его и пересчитывает зёрна, потом присаживается у овса и меряет его рукой, а у гречи только качает головой. Лицо у него в глубоких морщинах, борода выгорела на солнце, и на рожь он глядит, как на своё дитя. «Из колоса осмина, из зерна коврыга» (Даль), и всё, что он видит нынче в поле, зимой станет хлебом его семьи. Рядом бегает внук, и хозяин подзывает его, вкладывает ему в руку колос и учит считать в нём зёрна. На обратном пути он ещё раз оглядывается на поле, будто прощается с ним до утра.
Святитель Андрей, архиепископ Критский, чья память стоит на этом числе, пас свою паству на острове Крите. Однажды туда пришло бездождие, нивы горели, и земля трескалась от зноя. Святитель со слезами молился Богу о своей пастве, и по его молитве пошёл дождь, напоил иссохшие поля, и критская земля снова дала урожай. Так святитель, чьи уста Господь отверз ещё в детстве, отдал свой голос молитве за людей.
Колос в наливе, туча над нивой, молитва о дожде.
Народные Традиции
Святого Андрея Критского деревня поминала как Андрея Наливу. День посвящён святителю Андрею, архиепископу Критскому, а прозвание его в народе шло от поры, ибо к ней наливались хлебные колосья, тяжелея зерном и клонясь к земле. Всё внимание крестьянина было приковано к полю, где на глазах совершалось главное дело года, вызревание хлеба, что кормит весь год. Ходили смотреть на нивы, приглядывались к колосу, радовались его тяжести и полноте, и в этом любовании не было праздности, ибо от налива зависела вся жизнь семьи.
По наливу разных хлебов судили о ходе лета и сравнивали, какое поле как поспевает, ведь у каждого злака был свой срок. Озимая рожь уже входила в налив и была всех спелее, а яровой овёс и греча ещё только догоняли её, «Озими в наливе, греча на всходе». Говорили и так, «На Марфу овёс в кафтане, а на грече и рубашки нет», ибо на то же число приходится память преподобной Марфы, и хвалили «Батюшка-овёс до нельзя урос». За этими присказками стоял внимательный хозяйский глаз, что по одному полю читал будущий урожай и загодя прикидывал, чем полны будут закрома.
Особо в этот день чтили овсяное поле, ведь овёс был главной подмогой крестьянского двора, и без него не ступила бы ни одна рабочая лошадь. Овёс кормил коня, а конь пахал, возил и кормил всю семью, «Не лошадь везёт, а овёс едет». Ценили овёс и на своём столе, и про полное поле говорили «У кого колос, у того и голос», потому что полные закрома давали хозяину и достаток, и вес среди людей.
Почитали овёс и как лекарство, ибо овсяная еда была незаменима круглый год, особенно для детей и для всех, кто ослаб после долгой болезни.
Примечали прежде всего налив хлеба. Считали, что дружный, скорый налив колоса сулит богатый и ранний урожай, а тёплые тихие дни в эту пору хлебам на пользу. Глядели и на овёс, и коли к Наливе он вошёл в силу и поднялся, то и год будет кормным, сытым и для людей, и для скотины.
Трапеза Дня
Овёс в народе почитали за силу, и самым бережным, лечебным блюдом из него был овсяный кисель, которому иноземцы, отведав, дали имя русского бальзама. Его давали детям, старикам и всем, кто ослаб после болезни, и он мягко питал и возвращал силы. Был и старинный обычай варить кисель не из муки, а из пророщенного овса, зерно которого сперва оживало в тепле и пускало ростки, отчего кисель выходил сладковатым и без мёда.
Такой кисель не ставили впрок, его пили свежим, тёплым, из кружки, пока он не загустел, и этим он разнился с густым киселём, что застывал в мисе и резался ножом. «Овёс толки, поколе киселем не запахнет» (Даль), и тёплый овсяный дух стоял в избе, где поднимали больного.
Овсяный кисель из пророщенного овса
Два стакана овса перебрать, промыть, замочить в тёплой воде и поставить в тепло, накрыв мокрой холстиной. На вторые сутки зерно прорастёт; тогда его подсушить в остывающей печи и смолоть на ручной мельнице или истолочь в ступе. Полстакана этой муки развести стаканом холодной воды, влить в горшок с четырьмя стаканами кипятка, поставить в печь и, как вскипит, подержать в жару ещё минуты две, а потом вынуть и дать настояться под крышкой минут двадцать. Процедить сквозь сито и пить свежим, тёплым, по вкусу с ложкой мёда.
Духовное Слово
В дамасской церкви родители подвели к Чаше семилетнего сына. За всю свою жизнь мальчик не сказал ни слова, и отец с матерью давно привыкли говорить за него.
«Господи! отверзи уста мои, и уста мои возвестят хвалу Твою» (Пс. 50:17).
После причастия отрок вдруг заговорил, и с того дня уста, отверстые Богом, уже не умолкали. Из немого ребёнка вырос песнописец, который всю жизнь возвращал Богу дар речи хвалой и покаянием, и слово его стало покаянной молитвой для всей Церкви.
Дар речи даётся не для пустых слов. Кто получил голос, тот может и утешить, и попросить прощения, и поблагодарить. Человек часто молчит там, где надо бы сказать доброе, и говорит там, где лучше смолчать, а Господь и такому отверзает уста, если тот попросит. Нет такой немоты сердца, которой не мог бы разрешить Господь.
Скажи нынче доброе слово тому из домашних, с кем давно говорил скупо, а у кого просил прощения только в мыслях, попроси вслух.
Святи́телю о́тче Андре́е, испроси́ и нам у Го́спода сло́во бла́го и сле́зы покая́ния, да отве́рзет Госпо́дь и на́ша уста́ на хвалу́ Свою́. Моли́ Бо́га о нас.
Святи́тель Андре́й, архиепи́скоп Кри́тский
Христо́ву Це́рковь цевни́цею язы́ка твоего́,/ песносло́вя уми́льно, возвесели́л еси́,/ богосло́вием же Препе́тыя Тро́ицы/ сла́ву всем сказа́л еси́ я́сно,/ тем тя, я́ко тайноглаго́льника, пое́м,/ Андре́е, па́стырю Кри́тский,/ и велича́ем па́мять твою́,// Христа́ сла́вяще ди́внаго во святы́х Свои́х.
Критский архиепископ Андрей, великий песнописец Церкви, родился в Дамаске, служил при Иерусалимском патриархе, потрудился на Шестом Вселенском соборе против ереси единовольников и был поставлен архиепископом острова Крита. Он оставил Великий покаянный канон и многие песнопения в похвалу Пресвятой Богородице. Молятся святителю о даре покаяния, о слезах сокрушения и о твёрдости в вере.
Главное дело его памяти совершилось на Крите. Когда остров томился от бездождия и засухи, святитель со слезами молил Бога, и молитва его низвела дождь, который оросил критскую область, и поле снова дало плод. Той же слёзной молитвой он отогнал от города Друмеоса сарацин, приплывших на кораблях, ибо его оружием были не стрелы, а слёзы. Церковь поёт, что святитель, ясно вострубив божественные сладкопения, явился светильником миру, сияя светом Троицы.
На Андрея Наливу выходили к наливающимся нивам. Наливу нужен и зной, и вовремя пролитый дождь, и памятное дело критского святителя, вымолившего дождь сожжённой земле, ложится рядом с тревогой крестьянина над колосом. «Даст Бог дождь, уродится и рожь» (Даль).
Память благоверного великого князя Андрея Боголюбского и преподобного Андрея Рублёва тоже стоит в этот день, и каждый из трёх Андреев дня оставил свой след на Руси. Князь Андрей перенёс во Владимир чудотворную икону Божией Матери, при нём на Руси установили праздник Покрова и выстроили на Нерли храм Покрова, а мощи его почивают во Владимире, в Успенском соборе. Преподобный Андрей Рублёв написал икону «Троица» в похвалу преподобному Сергию Радонежскому и почил в московском Спасо-Андрониковом монастыре.
День ангела у Андреев. Андрей по-гречески значит «мужественный», и мужество святителя было тихое, не меч, а слово, не гром, а слёзы.
Святой Андрей родился в Дамаске и до семи лет был нем. Когда же вместе с родителями он причастился в церкви Божественных Таин, немота его разрешилась, и отрок заговорил. Так Христос устами немотствовавшего младенца показал, какая сила таится в Пречистых Тайнах. Получив дар речи, Андрей был отдан учиться божественным книгам, а на четырнадцатом году приведён во Святой Град Иерусалим на служение Богу. Патриарх принял его в клир и, видя разум юноши, поставил его нотарием, церковным письмоводителем. Жил Андрей в целомудрии, воздержании и кротости, так что дивился ему сам патриарх, и был он любим всеми.
Когда в Константинополе собрался Шестой Вселенский собор против ереси единовольников, патриарх Иерусалимский Феодор, сам не могший ехать, ибо Святой Град был тогда под мусульманской властью, послал на собор Андрея, состоявшего уже в сане архидиакона. Там блаженный стал известен святым отцам и самому императору: в нём увидели не только книжную премудрость и глубокое знание догматов, но и святую жизнь. Против еретиков он показал себя доблестным воином Христовым и много помог собору.
Воротившись, Андрей по поручению патриарха заботился о сиротах, питал странников, служил больным, и во всём был так усерден, как будто служил Самому Христу. После того он был поставлен архиепископом на остров Крит. Здесь он стал светильником миру: учил богодухновенно, изгонял бесов, был грозою для еретиков. Отгонял он и видимых врагов: когда сарацины, приплывшие на кораблях, осадили критский город Друмеос, где заперся со своей паствой святитель, враги отступили со стыдом, побеждённые не оружием, а его слёзными молитвами, которыми он, как стрелами, уязвлял супостатов. В бездождие и засуху молитва его низвела на критскую землю дождь и вернула ей плодородие.
Святитель написал много богодухновенных творений: Великий канон, поемый в четверток пятой недели Великого поста, и другие каноны, и песнопения, которыми украсил церковную службу, и многие похвалы Пречистой Деве Богородице. По церковным нуждам он отправился однажды в Константинополь, и всякий, кто видел его и слушал его медоточивые речи, совершенствовался душою. Собираясь же в обратный путь, святой провидел свою кончину и сказал друзьям, что Крита более не увидит. Простившись с ними последним целованием, он сел на корабль, в пути занемог и, доплыв до острова Митилены, в месте, называемом Иерис, предал душу свою в руки Божии. Так, с честью упасши вверенное ему стадо, святитель Андрей сопричислился к лику святых иерархов, предстоящих престолу Святой Троицы. Память его совершается 17 июля.