На Дорофея утро вечера мудренее (народный месяцеслов)
Ночи стали такими короткими, что заря не успевает погаснуть, как уже светает снова. Луговая трава поднялась в пояс, зацвела и налилась соком, и по утрам над лугом стоит белый пар, а роса так тяжела, что каждая травинка клонится. Над цветущим клевером с рассвета гудят пчёлы, в кустах у реки щёлкает соловей, а над рекой ещё держится туман. По дороге к лугу тянутся косари с косами на плечах, бабы с граблями, ребятишки с кувшинами, и вся деревня к полудню перебирается на покос.
Косарь лет тридцати пяти выходит на луг затемно, пока роса не сошла. На нём белая рубаха навыпуск, подпоясанная верёвкой, порты заправлены в онучи, на голове старая шапка. Он ставит косу пяткой на землю, правит её бруском, и брусок звенит по лезвию, а потом широко замахивается, и трава с шорохом ложится ровным валом. «Думал сено косить, ан дождь» (Даль). Косарь знает, что вёдро может перемениться к полудню, и спешит пройти как можно больше рядов, пока трава мокра и коса идёт легко. За ним по лугу тянется тёмная полоса сбитой росы, и пахнет свежескошенной травой.
Нынче вспоминают Дорофея, епископа Тирского. Когда при Юлиане Отступнике на христиан снова поднялось гонение, старика, которому было сто семь лет, схватили в чужом городе, куда он ушёл от преследователей. Слабое тело не выдержало мучений, но дух не уступил, и столетний епископ умер, не отрекшись от Христа. Он прожил долгую жизнь пастырем и до конца остался им, хотя его стадо было далеко.
Всякому делу свой час, и час исповедания старый епископ не упустил.
Дорофеевым днём звали память священномученика Дорофея. С него по деревням начинался ранний сенокос. Косили по утренней росе, пока трава мягка, а потом ворошили и сушили скошенное, ловя погожий час, чтобы сено не почернело под дождём.
С этого дня начинались самые короткие ночи, которые в народе звали воробьиными, так что спать в сенокос приходилось урывками.
По погоде судили об урожае. В тёплый ясный день ждали крупного зерна. Если утром пчёлы не летели в поле, а сидели по ульям и гудели, ждали дождя, а дождь в сенокос был не ко времени: «Сено гниёт – река растёт» (Даль). Примечали и ветер, и южный считали к урожаю яровых, а северный к сырой осени.
Ботвиньей звали холодную похлёбку из рубленой зелени, разведённой квасом. Её делали из щавеля, кислицы и молодого борщевика, которые в июне растут по лугам и опушкам, и ели в жару, когда горячего не хочется. На покосе, в самое пекло, ботвинья на холодном квасу освежала лучше всякой еды.
Квас в крестьянском доме не переводился, и летом им и утоляли жажду, и разводили похлёбку. «И худой квас лучше хорошей воды» (Даль). Ботвинья была едой постной, простой и скорой, и хозяйке не нужно было топить для неё печь в жару.
Ботвинья на квасу
Граммов триста молодого щавеля и кислицы перебрать, промыть и мелко изрубить. Двести граммов молодого борщевика ошпарить кипятком, откинуть, мелко изрубить и смешать со щавелем. Залить зелень пол-литром холодного хлебного кваса, посолить, положить пучок мелко нарезанного зелёного лука и укроп и поставить на холод. Отдельно натереть хрен и подать его к ботвинье на блюдечке. Есть холодной, с ржаным хлебом.
В каждой семье есть старики, которые помнят больше, чем записано. Уйдут они, и вместе с ними уйдут имена прадедов, их дела и молитвы, если никто не успеет расспросить.
«Память праведника пребудет благословенна» (Притч. 10:7).
Святой Дорофей был не только пастырем, но и книжником. Он изучил светские и духовные науки, знал греческий и латинский языки и оставил после себя сочинения, полезные христианам. По преданию, он составил жития пророков и апостолов, чтобы память о них не угасла. Старый епископ собирал всё, что знал о прежних угодниках Божиих, и передавал это тем, кто будет жить после него.
Память о праведных не пустое любопытство. Помня их, человек учится жить, а Церковь, помня своих святых, знает, на чьих плечах стоит. Дорофей сохранил память других, а Бог сохранил память о нём самом, и его чтут уже шестнадцать веков. Ничто доброе, сделанное ради Бога, не пропадает бесследно.
Позвони нынче старшему родственнику, бабушке, деду, старой тётке, и попроси рассказать о своих родителях и дедах. Запиши имена и всё, что запомнится, пока есть у кого спросить. А вечером помяни усопших из этих имён в молитве.
Священному́чениче Дорофе́е, испроси́ нам у Христа́ Бо́га па́мять благода́рную, да не забыва́ем отше́дших пре́жде нас пра́ведных и сро́дников на́ших, но помина́ем их в моли́твах. Моли́ Бо́га о нас.
Нищелю́бием обогати́вся/ и ми́лость воздержа́ния источи́в,/ наслажде́ния Ца́рствия Небе́снаго сподо́бися,/ страда́льчески бе́ды прии́м по ста́де свое́м,/ и апо́столом обре́теся ссе́льник,/ о́тче священному́чениче Дорофе́е,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
Священномученик Дорофей был епископом финикийского города Тира в IV веке. Вся его жизнь показывает, как он дважды отступил перед гонителями и ни разу не отступил от веры. При Диоклетиане он, по слову Господа «когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой» (Мф. 10:23), скрылся, а при Константине Великом вернулся и более пятидесяти лет пас свою паству. При Юлиане Отступнике он снова ушёл из Тира, но в городе Удском его схватили, и после разных мучений он скончался около 362 года, имея от роду сто семь лет. Церковь поёт, что он воссиял добродетелями и божественным учением паче солнца и, отогнав мглу многобожия и лютой ереси, просветил землю.
«Доброму добрая память» (Даль). Пастырь, более полувека учивший народ, и в столетней старости не изменил тому, чему учил, и его добрая память пережила гонителей. Милостью к нищим он обогатился и стал сожителем апостолов.
С его дня начинался ранний сенокос, и косцы помнили, что утро вечера мудренее. Старый епископ так и прожил. Он не бросался навстречу гонителю, а умел переждать беду, как велел Господь, и когда час его пришёл, не уступил, и ни годы, ни пытки его не сломили, ибо он берёг не жизнь, а верность Христу. Косарь тоже не косит в зной, а выходит на рассвете и не упускает своего часа.
Священномученика чтут у его образа и просят его молить Христа о спасении душ, а старикам он особенно близок, потому что и в глубокой старости не отступил.
Имя Дорофей переводится с греческого как «дар Божий». С именинами нынче поздравляют Дорофеев.
В царствование нечестивого римского императора Диоклетиана епископом города Тира был святой Дорофей. Когда царь воздвиг на христиан жестокое гонение, Дорофей оставил свою кафедру и скрывался в неизвестных местах. С воцарением императора Константина Великого, когда в Церкви наступило успокоение, он вернулся в Тир на свою кафедру и благополучно пас стадо словесных овец, приводя к Богу многих от идолопоклоннического заблуждения.
Жизнь Дорофея продолжалась до времени императора Юлиана Отступника. Вступив на престол, Юлиан сначала преследовал христиан не открыто, а велел единомышленным областеначальникам всячески стеснять и мучить их. Видя, что на верующих воздвигается новое гонение, святой Дорофей снова оставил Тирскую кафедру, избегая рук мучителей, ибо Господь повелел не отдаваться явным напастям гонителей, но избегать их: «Когда же будут гнать вас в одном городе, бегите в другой» (Мф. 10:23).
Уйдя из Тира, Дорофей пришёл в Малую Азию, но и там не укрылся от идолослужителей, ибо Бог призывал его к венцу мученическому. Его схватили слуги беззаконного царя в городе Удском. Претерпев там разнообразные мучения, он среди страданий предал в руки Господа свою блаженную душу, имея сто семь лет от роду.
Святой Дорофей в совершенстве изучил и светские, и духовные науки и оставил после себя различные сочинения, весьма важные для христиан, на греческом и латинском языках, ибо был сведущ в том и другом. Между прочим ему усваивают жития пророков и апостолов и другие полезные повествования. И ныне, сам записанный в книге Живота, он водворён в небесных селениях с теми святыми, о чьей жизни писал на земле.