Федот-урожайник, Федот-страж
Федот тепло даёт – в рожь золото ведёт (народный месяцеслов)
Рожь отцвела, и колос, ещё зелёный и мягкий, пошёл наливаться. Над полем стоит сухой зной, ветер гонит по ржи тёмные волны, и под ними видно, как колосья клонятся тяжелее прежнего. По краю поля синеют васильки, над рожью с утра до вечера висят жаворонки, а дорога к полю пылит под каждой телегой. От ржи пахнет тёплой соломой и пыльцой, и в полдень над полем дрожит горячий воздух. Для хозяина теперь пошла самая долгая пора, ибо в избах пустеют закрома, прошлогодний хлеб на исходе, а новый ещё стоит в поле.
Хозяин лет пятидесяти, с седеющей бородой, в выгоревшей на солнце рубахе и старой шапке, выходит на межу своей ржи. Он раздвигает стебли, выбирает колос потяжелее, срывает его, растирает на широкой загрубелой ладони и пробует зерно на зуб. Оно ещё мягкое и водянистое, до спелости далеко, а дома, в сусеке, хлеба осталось совсем немного. «Голод перед сытостью» (Даль). Хозяин долго стоит у межи, слушает, как шуршат колосья, смотрит на небо, нет ли где тучи, и, сняв шапку, про себя просит у Бога вёдра и тепла, чтобы рожь налилась полным зерном.
В галатийской Анкире, в начале IV века, гонители окропили идоложертвенной кровью весь хлеб и всё вино на торгу, и христианам осталось либо голодать, либо оскверниться. Корчемник Феодот, державший свой двор ради гонимых, загодя запасся хлебом и вином, и к нему шли все, кто хотел сохранить себя чистым. Его двор стал для верных тем, чем был для Ноя ковчег среди потопа, хотя за такую помощь ему самому грозила смерть.
Пустой сусек учит ждать, щедрый корчемник учит делиться.
Народные Традиции
Память мученика Феодота Анкирского звали Федотом-урожайником, иначе Федотом Стражем. Заботы о хлебной ниве не оставляли крестьянина, и в этот день молились святому об урожае ржи.
Считалось, что погода на Федота много значит для налива. Если день выдавался тёплым и ясным, ждали хорошего урожая, полного налива и крупного зерна, а если шёл дождь, зерно выходило плохое и тощее.
«Дождь на Федота – к тощему наливу» (народный месяцеслов). Если темнели солнечные лучи, ждали сильной грозы, а если в радуге было больше красного цвета, быть ветру.
Трапеза Дня
Зелёную кашу варили в голодные годы, когда запасы в доме кончались, а новый хлеб ещё не поспел. Её делали из недозрелой ржи, налившейся вполовину, и каша выходила нежная, со своим особым вкусом, так что потом её стали готовить и в зажиточных семьях, уже не от нужды.
«Не то беда, что во ржи лебеда; а то беды, как ни ржи, ни лебеды» (Даль). В богатых домах её подавали с растопленным сливочным маслом, а в пост её едят с постным, горячей, с ломтём ржаного хлеба.
Каша из зелёной ржи
Когда рожь нальётся, но ещё не дозреет, сжать снопы, опустить колосья на несколько минут в кипяток, потом высушить их в печи и смолоть, как всякую крупу. В горшок налить воды, посолить и вскипятить, всыпать зелёную крупу, а когда она набухнет, закрыть горшок крышкой и дать каше упреть в печи. В готовую кашу положить постного масла.
Духовное Слово
Бывает, в дверь стучат не вовремя, то зайдёт соседка, которой не с кем поговорить, то приедет дальний родственник или попросится переночевать знакомый. Первое движение сердца часто не радость, а досада, что нарушили покой.
«Страннолюбия не забывайте, ибо через него некоторые, не зная, оказали гостеприимство Ангелам» (Евр. 13:2).
Сельскому священнику Фронтону как-то явились во сне два странника и сказали, что несут в его округу клад. Скоро у его церкви остановились чужие люди и попросили благословения на обед. Священник звал их к себе, а когда гости сказали, что торопятся, благословил хлеб и разделил его с ними под открытым небом. Он не знал, что угощает будущего мученика, тело которого Господь потом доверит его попечению.
Принять человека значит дать ему место у своего стола и время своей жизни. Господь говорит, что в каждом принятом страннике принимают Его Самого, и гость, пришедший не вовремя, бывает послан именно тогда, когда в нём больше всего нужды.
Позови нынче к столу человека, который живёт один, соседа или старого знакомого, и накорми его тем, что есть в доме. А если позвать некого, позвони тому, кто давно ждёт твоего звонка, и не торопись закончить разговор.
Свя́тый му́чениче Феодо́те, испроси́ нам у Христа́ Бо́га се́рдце страннолюби́вое, да не затвори́м две́ри до́ма на́шего пред тре́бующим, но с любо́вию прие́млем вся́каго прише́дшаго. Моли́ Бо́га о нас.
Му́ченик Феодо́т Анки́рский, корче́мник
Му́ченик Твой, Го́споди, Феодо́т,/ во страда́нии свое́м вене́ц прия́т нетле́нный от Тебе́, Бо́га на́шего:/ име́яй бо кре́пость Твою́,/ мучи́телей низложи́,/ сокруши́ и де́монов немощны́я де́рзости./ Того́ моли́твами// спаси́ ду́ши на́ша.
Мученик Феодот жил в галатийском городе Анкире и пострадал в начале IV века, в гонение Диоклетиана. Он был мирянином, женатым человеком и держал постоялый двор, где находили приют гонимые христиане. Ему молятся о страннолюбии и милосердии, о крепости в страданиях, о добром делании в простом мирском звании и об обращении заблудших.
Правитель Феотекн задумал склонить христиан к отступничеству голодом и велел кропить идоложертвенной кровью всё съестное, что продавали на рынках. Верным оставалось голодать или оскверниться. Феодот это предвидел, впрок купил много хлеба и вина и кормил христиан у себя, так что во всём городе только его дом и сохранял их чистыми. Из того же запаса шли хлеб и вино для бескровной Жертвы, которую тайно совершали у него иереи.
«Не богатый кормит, тороватый» (Даль), и корчемник отдал другим свои запасы в ту пору, когда хлеба не было ни за какие деньги. Церковь поёт, что мученик принял от Бога нетленный венец.
Крестьяне молились Феодоту об урожае в самую пору налива, когда у них самих пустели закрома. Святой кормил верных в голод, и тот, у кого кончался прошлогодний хлеб, просил его заступничества о новом. Тропарь мученику поётся за службой его дня, и с ним святого просят о молитве.
В те же дни в Анкире пострадали семь благочестивых дев, и среди них тётка Феодота Текуса. Их тела мученик ночью вынес из озера, куда их бросили гонители, и за это сам принял смерть.
По-гречески Феодот значит «Богом данный», а в народе это имя звучало как Федот. Именинники нынче Феодоты и Федоты.
Святой Феодот жил в городе Анкире, в Галатии. Он держал постоялый двор, но не ради золота. Двор его был прибежищем для гонимых христиан, там кормили голодных и утешали скорбящих, а сам Феодот тайно погребал тела замученных за Христа. Житие его записал Нил, бывший вместе с ним в темнице.
Когда началось гонение Диоклетиана, правитель Анкиры Феотекн велел окроплять идоложертвенной кровью всю пищу и питьё, которые продавали на торгу. Феодот заранее закупил много зерна, пшеницы и вина и раздавал их верным. Христиане, приходя к нему, хранили себя от осквернения, как Ной спасался от потопа в ковчеге, и в его доме совершалась бескровная Жертва.
Однажды Феодот пошёл к селению Малос, где в реку бросили останки мученика Валента, и похоронил их. Там он встретил местного пресвитера Фронтона, которому незадолго перед тем во сне явились двое мужей, похожих на путников, и сказали, что принесли в его край сокровище. Фронтон звал гостей к себе в дом, но Феодот спешил в город, и они поели на траве, на возвышенном красивом месте среди деревьев и цветов. Феодот сказал, что место это хорошо для погребения святых мощей, попросил пресвитера построить здесь храм и обещал, что мощи скоро будут принесены. В знак обещания он снял свой перстень и отдал его Фронтону, призвав Господа в свидетели.
В то время в Анкире схватили семь благочестивых дев: Текусу, тётку Феодота, Александру, Клавдию, Фаину, Евфрасию, Матрону и Иулию. Их принуждали служить идолам, но они отвергли и одежды жриц, и венцы, и тогда им привязали к шеям тяжёлые камни и утопили в глубоком озере. Святая Текуса явилась Феодоту во сне, попросила вынуть их тела из воды и предупредила о предателе. Ночью Феодот с друзьями пошёл к озеру. Поднялась буря и отогнала воду от берега, и христиане достали тела дев и похоронили их у церкви святых патриархов.
Один из бывших с ним, Полихроний, под пытками выдал, где лежат тела, и Феодот сам пошёл к мучителям. На суде он обличил идолов и исповедал Христа. Его подвешивали на дереве и терзали железными когтями, раны поливали уксусом и опаляли огнём, а через шестнадцать дней снова мучили и наконец осудили на усечение мечом. Мученик скончался восьмого июня около 303 года (седьмого изока)¹.
Тело его хотели сжечь, но поднялась буря, вокруг тела засиял свет, и огонь не разгорался. Воины поставили у тела шалаш и стерегли его. По устроению Божию к ним пришёл пресвитер Фронтон с ослом, нагруженным вином. Стражи напились и уснули, а пресвитер положил тело мученика на осла и отпустил его. Осёл сам пришёл к тому месту, где Феодот обещал мощи, и остановился. Там Фронтон похоронил мученика и построил церковь в его честь.
¹ Память мученика Феодота стоит двадцатого июня, ибо в IV веке разница стилей была один день, а ныне тринадцать.