Никола Вешний, Никола Тёплый, Никола Травный
До Николы крепись, хоть разопнись, с Николы живи, не тужи (Даль)
Вечер ясный и тёплый. Солнце ещё держится над лесом, но тени от изб уже легли через всю улицу. Трава на выгоне поднялась и загустела, у изгородей зацвела черёмуха, и пахнет ею вся деревня. Над дорогой ещё висит пыль от стада, которое недавно пригнали с поля, и из труб тянет дымом вечерних печей. За околицей заржал конь, и ему отозвался другой. «Никола вешний с теплом» (Даль), и первый раз за весну вечер такой, что можно стоять на улице без зипуна.
У ворот мальчишка лет тринадцати держит под уздцы рыжего мерина. Нынче ему впервые ехать с большими ребятами в ночное. Он худ и длиннорук, светлые вихры торчат из-под отцовской шапки, которая ему велика. На нём новая холщовая рубаха, подпоясанная тонким ремешком, через плечо сума. Мать положила в суму каравай, щепоть соли в тряпице и десяток яиц, переложенных соломой, и теперь стоит на крыльце, держась за косяк. Отец ещё раз оглядывает путы, поправляет на мерине старую попону и молча хлопает сына по плечу.
Мальчишка взбирается на коня, мерин переступает и трогает шагом. У крайней избы его поджидают двое ребят постарше, и все трое, не оглядываясь, рысят к реке, где над лугом встаёт лёгкий туман.
В итальянском городе Бари весной 1087 года горожане вышли на морской берег со свечами и кадилами. Три корабля, отплывшие будто бы торговать пшеницей, возвращались домой, и на одном из них везли мощи святителя Николая. Весь город, от стариков до малых детей, мужья и жёны, вышел их встречать и ждал у самого моря.
Кони на лугу, святитель дома, мальчишка в первом ночном.
Народные Традиции
Двадцать второе мая крестьяне называли Николой Вешним, а ещё Николой Тёплым и Травным, по перенесению мощей святителя Николая Чудотворца. Николу на Руси любили так, как мало кого из святых. Его звали мужицким заступником, и о нём говорили: «Нет за мужика поборника супротив Николая», «Попроси Николу, а он Спасу скажет» (народный месяцеслов). Молились ему во всех нуждах. Уходящему из дому говорили вслед «Бог на дорогу, Никола в путь», на его помощь надеялась мать, провожая сына на войну, а девушка, выходя замуж, просила благословения не только у Спасителя и Богородицы, но непременно и у святого Николая. Жениха нередко благословляли его образом, а девушки пели: «Помолюся я, красна девица, я Николе Многомилостиву: сохрани, помилуй девицу, святый Николай Многомилостивый!»
Для пахаря Никола Вешний был одной из главных дат года. С него на большей части русских земель устанавливалось настоящее тепло и начинала хорошо расти трава. «Пришёл бы Никола, а тепло будет» (народный месяцеслов). Но весеннему теплу не доверяли, ибо знали, как легко оно сменяется ненастьем. «До святого Николы не сей гречки, не стриги овечки» (народный месяцеслов), ибо гречиха боится холода, а стриженой овце опасен возврат стужи. От Николы, считали, оставалось ещё двенадцать утренников, и выпадали они когда весной, а когда и под осень.
Никольская трава переводила скотину и коней на подножный корм и сдабривала стол первой зеленью, молодой крапивой да снытью, и радость эту народ сложил в целую россыпь присловий, где Никола всегда идёт в паре с Егорием. «Егорий с ношей, а Никола с возом», «Егорий с теплом, а Никола с кормом», «Не хвались на Юрьев день посевом, а хвались на Николин травою» (народный месяцеслов). К земле, готовой родить траву, относились бережно. В Сибири в начале XX века детям строго запрещали бить по земле палкой: «Не бейте, ребятишки, землю, она, матушка, таперя брюхата, скоро травки даст».
Траве и всходам нужен был дождь. «Велика милость Божья, коли в Николин день дождик польёт» (Даль), а в Ярославской губернии звали дождь песней к самому святому: «Батюшка Никола, дай дождя большого! На нашу рожь, на бабин лён поливай ведром!» С Николы сеяли овёс и пшеницу, но глядели при этом больше на землю, чем на святцы. Пшеницу не сеяли, пока не развернётся дубовый лист и не отцветёт черёмуха, а воронежские пахари начинали её сеять, когда босая нога могла вытерпеть холод вспаханной борозды. В Нижегородском крае с Николы сажали картофель, а на Вятке до Николы его и не сажали, ибо не вырастет.
Никола Вешний считался покровителем коней. «Святой Юрий запасает коров, а Никола коней» (народный месяцеслов), ибо с Егория выгоняли на траву коров, а с Николы коней переводили на подножный корм. В этот день заказывали молебны с водосвятием, чтобы святой уберёг табуны от волка и медведя и даровал им здоровье. С Николы же «заказывали» луга. На межах втыкали в землю прутья и ветки, чтобы видно было, где скотину пасти нельзя, и говорили: «Городи городьбу после Николина дня» (Даль).
Ночь на Николу была мужским праздником. Парни в первый раз в году уезжали с конями на луга, жгли костры и справляли свой нехитрый пир, привозили закуску и жарили неизменную яичницу. Пастухи звали такую пирушку на ночлеге балёком. После заката к кострам приходили девки, надзора старших в эту ночь не полагалось, и молодёжь водила хороводы, пела и плясала до утренней зари. «Ребята празднуют ночь с лошадьми в поле» (Даль). Для мальчишки, которого впервые отпускали в ночное с большими, эта ночь была вступлением во взрослую жизнь. В Заонежье с Николина дня коням вешали на шею медные валдайские колокольчики, чтобы по звону найти табун в темноте. Отпуская скотину, просили: «Святой угодник Николай, попаси скотину нашу», и называли при этом каждую корову и каждого коня по имени. Легко представить, как хозяйка перебирает их всех, не пропуская ни одной тёлки.
Никола был для русского человека и покровителем всех, кто на воде, моряков, рыбаков и плывущих по рекам. Образ его держали на всяком судне, от большого корабля до рыбацкой лодки, а в городах ставили храмы Николы Мокрого. Рыбаки Заонежья молились ему на Николу «от потопа».
Во многих деревнях Николины дни праздновали всем миром, и на них приходились мужские братчины и престольные праздники, которые справляли по три-четыре дня, с гостями, богомольцами и нищими. Звали такое празднество Никольщиной. Собирались у родных и знакомых, а то и под открытым небом, близ храма. Нередко делали складчину и выбирали из своих старосту, который всё устраивал для общего веселья. В поле варили щи и молочную кашу, пекли пироги. Бедных и нищих принимали все радушно, а пир не начинался и не кончался без приходского священника. Потом составлялись хороводы, куда вступали и бабы, и старики. Ходили кругом, вытягивались в ряд, вились в кружок, а иной раз первые две пары поднимали руки воротами, и под ними проходили все остальные. Если играли одни девушки, в середину круга ставили бойкую кумушку, и она передразнивала пирующих насмешливыми ужимками. Пели: «Уж вы, девушки, играйте, уж вы, красные, веселитесь!»
Приметы дня. Дождь на Николу – жди хорошего урожая. В Николин день дождь – лето не будет засушливым, и хлеба уродятся. «Лягушка квачет – овёс скачет» (Даль), а значит, заквакали лягушки, пора сеять овёс. Накануне Николы впервые трутся сазаны, и если так, всё лето будет с уловом.
Трапеза Дня
Яичница была едой простой и скорой, оттого её звали и скородумкой. В толковом словаре у глазуньи, где желтки остаются целыми, записаны и другие народные имена, выпускная яичница, целушка, целышница. Яйцо стояло и на столе знатных людей. В расходной книге кушаньям последнего патриарха Адриана, писанной в 1699 году, названы яйца всмятку, яйца печёные, драчёна и яйца в маковом молоке, а среди закусок новогоднего патриаршего пира стоит и яичница, рядом с пирогами подовыми. В Юго-Западной Руси на Никольщину ели пироги и яичницу и веселились по нескольку дней.
Но лучше всего яичница подходила ночному празднику Николы. Ребятам в ночном не нужно было ни печи, ни горшков, довольно костра, сковороды да десятка яиц, взятых из дому. Старый описатель народного быта так и пишет, что в эту ночь на лугах «жарится неизменная яичница». Глазунью с луком готовили просто. На сковороде прогревали жир, пассеровали в нём нашинкованный лук, выпускали на него яйца и жарили, пока белок не схватится. Ели её тут же, у костра, прямо со сковороды, с ломтём каравая. «Полено к полену – костёр» (Даль), и у такого костра собиралась вся деревенская молодёжь.
Глазунья с луком
2 крупные луковицы очистить и тонко нашинковать полукольцами. Сливочное масло, 3 ложки, растопить на широкой сковороде, всыпать лук и потомить его на малом жару, изредка мешая, до мягкости и лёгкой золотистости. Лук разровнять по сковороде ровным слоем. Над ним одно за другим разбить 10 яиц, каждое сперва в плошку, чтобы уцелел желток, и бережно опустить на лук. Посолить белки и держать сковороду на огне, пока белок не загустеет и не станет белым, а желток сверху не подёрнется тонкой плёнкой, оставаясь жидким внутри. Нести на стол прямо на сковороде и делить ножом, по одному-два яйца с луком на едока. В поле глазунью жарят на углях костра, держа сковороду за длинную ручку.
Духовное Слово
В Никольщину староста, выбранный миром, обходит столы на лугу у церкви. В котле щи, рядом молочная каша и пироги, и садятся все вместе, свои и гости, богомольцы и прохожие. Нищих никто не гонит, их сажают за общий стол, а без священника пир и не начинается. Хозяин бедной избы сидит рядом с богатым соседом, и угощение у них одно.
Но, когда делаешь пир, зови нищих, увечных, хромых, слепых, и блажен будешь, что они не могут воздать тебе (Лк. 14:13–14).
Святитель Николай, которого так любила деревня, всю жизнь давал тем, кто не мог отдать. Он помогал втайне, не дожидаясь благодарности, и потому люди звали его скорым помощником. Деревенская Никольщина помнила об этом по-своему. Нищий садился за её стол не как гость, которого потом позовут в ответ, а как свой.
Обычный праздник устроен иначе. Зовут тех, кто позовёт в ответ, и где-то в душе ведётся счёт, кто у кого был и кто чем угостил. Отличить один пир от другого просто. После первого остаётся долг, а после второго ничего не остаётся, кроме благодарности, которую некому вернуть. Такой пир Господь и называет блаженным, ибо награду за него воздаёт Сам. «Бог не убог, у Бога милости много» (Даль), и тот, кто кормит не могущего воздать, ничего не теряет.
Когда будете звать гостей на праздник, позовите за стол хотя бы одного человека, который не сможет позвать вас в ответ, одинокую соседку, вдовца, старика, у которого давно не бывало гостей, и угостите его так же, как самого дорогого гостя.
Святи́телю о́тче Никола́е, ни́щих корми́телю, научи́ и нас трапе́зу на́шу с убо́гими дели́ти, да не мзды́ от челове́к и́щем, но от Отца́ Небе́снаго. Моли́ Бо́га о нас.
Святи́тель Никола́й Чудотво́рец, архиепи́скоп Мир Лики́йских; перенесе́ние моще́й из Мир Лики́йских в Бар
Приспе́ день све́тлаго торжества́,/ град Ба́рский ра́дуется,/ и с ним вселе́нная вся ликовству́ет/ пе́сньми и пе́ньми духо́вными:/ днесь бо свяще́нное торжество́/ в пренесе́ние честны́х и многоцеле́бных моще́й/ святи́теля и чудотво́рца Никола́я,/ я́коже со́лнце незаходи́мое, возсия́, светоза́рными луча́ми,/ разгоня́я тьму искуше́ний же и бед/ от вопию́щих ве́рно:// спаса́й нас я́ко предста́тель наш вели́кий, Нико́лае.
Архиепископ Мир Ликийских Николай жил в IV веке в Малой Азии и был погребён в Мирах около 345 года. Народ любил его как скорого помощника, который избавлял от гибели мореплавателей и утопающих, вызволял из темниц пленников, заступался за несправедливо осуждённых, кормил голодных и сирот. Тропарь нынешнего дня зовёт его мощи солнцем незаходимым, светлыми лучами разгоняющим тьму искушений и бед, а Церковь поёт, что они взошли, как звезда, от востока до запада и море освятилось их шествием.
Нынешнее число принадлежит перенесению его мощей. Спустя семь веков после кончины святителя Ликию разорили иноверцы, и в 1087 году граждане Бари, по видению, увезли мощи из опустевших Мир на кораблях к себе. Там для них построили новую великую церковь, где они почивают и поныне. Русская Церковь установила этот праздник вскоре после 1087 года, а греки и сербы его не отмечают. На Руси же он стал одним из самых любимых, и в году у святителя два дня, Никола Зимний и Никола Вешний.
Тот, кто при жизни заступался за бедных и плывущих, остался в народной памяти покровителем всех, кто в пути, в поле и на воде, и крестьянин звал его и к табуну, и к лодке. «Никола весенний лошадь откормит, осенний на двор загонит» (Даль), и вешний Никола был для коня праздником сытости. Молятся святителю о путешествующих и плавающих, о заключённых и обиженных напрасно, о голодных и бедных, о добром замужестве дочерей.
Мощи его почивают в Бари, в базилике святого Николая. В 2017 году часть их привозили из Бари в Россию, сперва в Москву, в храм Христа Спасителя, а потом в Петербург.
Нынче именинники все Николаи. Имя Николай пришло из греческого языка и означает «победитель народов».
Перенесение мощей святителя Николая Чудотворца из Мир Ликийских в Бар
В лето 1087, при царе греческом Алексии Комнине и при патриархе Константинопольском Николае Грамматике, во время княжения на Руси Всеволода Ярославича в Киеве и сына его Владимира Всеволодовича Мономаха в Чернигове, в греческую область вторглись измаильтяне, как с той, так и с другой стороны моря. Они прошли по всем городам и сёлам, от Корсуня до Антиохии и до Иерусалима; при этом они иссекали мужчин, женщин же и детей брали в плен и сжигали дома и имущества. Церкви и монастыри опустели, и города перешли во власть неверных. Тогда были опустошены и Миры Ликийские, в которых почивало тело святителя Николая, тело драгое и всечестное, творившее дивные и преславные чудеса. Преподобный сей муж мог бы защитить град свой и Церковь от опустошения, но, по повелению Божию, не воспротивился, говоря: «Господи, угодное пред очами Твоими сотворю».
Но Господь Иисус Христос не мог допустить, чтобы мощи святителя почивали в опустошённом месте и никем не славились, по сказанному в Писании: «да торжествуют святые во славе» (Пс. 149:5); и ещё: «слава будет всем святым Его» (Пс. 149:9).
В граде Бари, принадлежавшем тогда норманнам, жил некий пресвитер, христолюбивый и праведный. Ему явился во сне святой Николай и сказал: «Иди и скажи гражданам и всему собору церковному, чтобы они пошли в град Миры, взяли меня оттуда и положили здесь, ибо я не могу пребывать там, в опустошённом месте. Такова воля Господа».
Сказав сие, святитель стал невидим. Пробудившись утром, пресвитер поведал всем бывшее видение. Они возрадовались и говорили: «Ныне возвеличил Господь милость Свою на людях Своих и на граде нашем, ибо сподобил нас приять угодника Своего, святого Николая».
Тотчас они избрали из своей среды мужей благоговейных и богобоязненных и отправили их в трёх кораблях за мощами святителя. Представляясь идущими для торговли, те мужи нагрузили свои корабли пшеницею и отправились в путь.
Приплыв в Антиохию, они продали пшеницу и закупили всё, что было нужно. Тут они узнали, что венецианцы, находившиеся там, хотят их предупредить и взять мощи святого Николая. Тотчас баряне с поспешностью отправились, прибыли в Миры Ликийские и пристали к городской пристани. Задумав дело на спасение себе и граду своему, они вооружились и вошли в церковь святого Николая. Здесь они увидели четырёх иноков и спросили их, где почивают мощи святого Николая. Те показали им место раки. Баряне раскопали помост церковный и нашли раку, полную мира. Миро они вылили в сосуд, а мощи святого взяли и отнесли на корабль, затем отплыли. Двое иноков остались в Мирах, а двое сопровождали мощи святого Николая. Отправились они из града Мир месяца апреля в 11 день, а прибыли в град Бари месяца мая в 9 день, в воскресенье вечером. Видя, что прибыли из града Мир с мощами святого Николая, все жители града Бари, мужи и жёны, от мала до велика, вышли навстречу святителю со свещами и фимиамом, приняли мощи с радостью и великою честью и положили их в церкви святого Иоанна Предтечи у моря.
Многие чудеса творили здесь мощи святителя. Прибыли они в Бари в воскресный день вечером и уже в понедельник утром исцелили 47 больных, мужей и жён, одержимых различными недугами. У одного болела голова, у другого очи, у иного руки и ноги, сердце, а то и всё тело страдало от духов нечистых. Во вторник исцелились 22 больных, а в среду 29. В четверг рано утром святой Николай исцелил глухонемого, болевшего уже 5 лет. Затем святитель явился некоему благочестивому иноку и сказал: «Итак, волею Божиею, пришёл я к вам в страну сию, в день воскресный, в час девятый, и вот 111 человек исцелены мною».
И ещё другие чудеса по вся дни творил святой Николай, подобный источнику, текущему без конца. И много даров приносили святому, золото и серебро и многоценные одежды. Видя преславные его чудеса, граждане преисполнились великою радостью, создали великую и прекрасную церковь во имя святителя и чудотворца Николая и сковали для мощей его раку серебряную позлащённую. В третье лето по перенесении мощей из Мир Ликийских они послали к Римскому папе Урбану, прося, чтобы он прибыл в Бари со своими епископами и со всем клиром церковным для перенесения мощей святого Николая. Папа прибыл в сопровождении епископов и клира; они вложили мощи святого в серебряную раку, затем епископы и вельможи перенесли её в новую, великую церковь и положили в алтаре, месяца мая в 9 день. Перенесли они и ветхий гроб святителя, в котором он был привезён из Мир, поставили гроб в церкви и положили в него часть руки от мощей святого. Многие люди приходили и поклонялись святому, целуя мощи его и раку. Римский папа Урбан, епископы и все граждане сотворили в тот день великий праздник и прославление святому, которое творят и до сего времени. В те дни они утешались пищею и питьём и, раздав щедрую милостыню убогим, возвратились в дома свои с миром, славя и хваля Бога и святого угодника Его Николая.