Онисим Овчарник, Онисим-зимобор
На Онисима-овчарника зима становится безрогой (народный месяцеслов)
Овчарня к вечеру полна голосов. Овцы ягнятся в эти дни почти разом, и в полутьме слышно, как тонко и часто кричат новорождённые, а матки отзываются им низко и коротко. Ягнёнок на свет выходит в плёнке, и её надо снять руками с морды тотчас, покуда он не задохся, и обтереть его пучком соломы, и подставить к вымени, потому что первое молоко он должен взять в первый час. Овчарница, женщина, что ходит за овцами, всю ночь не выходит из овчарни, а только садится у стены на пустой мешок и дремлет сидя, и просыпается на всякий новый крик.
С крыш весь день течёт. Сосульки за неделю вытянулись в локоть и капают часто, лужа под ними растёт и к ночи затягивается ледком. «На Онисима-зимобора зима с весной начинает борьбу – кому идти вперёд, а кому вспять повернуться» (народный месяцеслов), и зима, говорят, становится нынче безрогой, то есть бодать ей уже нечем.
Чтится нынче апостол от семидесяти Онисим. Беглого раба, обратившегося в Риме, апостол Павел отослал обратно к господину с письмом, где просил принять его братом.
Нынешний день о вернувшемся и о милости к нему.
Народные Традиции
Онисима в народе почитали заступником овец, оттого и звали Овчарником и овчаром, а женщин, ходивших за овцами, овчарницами. Приходилось это время на отёл и окот, и пеклись о том, чтобы овцы хорошо ягнились.
В этот же день на утренней заре зорнили пряжу и зерно, а тем же зорнением очищали конопляное масло, ибо его перемешивали со снегом и ставили на солнце, и снег, тая, впитывал тёмные примеси, грязная вода оседала вниз и за ночь замерзала, а наверху оставалось осветлённое масло.
Отразилась связь овец со звёздами и в русских загадках. «Поле не меряно, овцы не считаны, пастух рогат» (народный месяцеслов), а другая загадка такова, что бежали овцы по калиновому мосту, увидали зорю и пометались в воду.
По приметам судили о весне, ибо длинные сосульки обещали долгую весну, большая прибавка воды сулила хороший сенокос, а вороны, что собираются стаей, летают и каркают, предвещали снегопад.
Трапеза Дня
Припёк есть то, что впекается в блин, а не кладётся на готовый, и классическими припёками в старых поваренных книгах служат лук, крутые яйца, творог и сушёные снетки. Способ этот употребляется реже, чем начинка в готовый блин, и требует сноровки, ибо блин с припёком переворачивается тяжелее пустого.
Делают припёк двумя способами, и второй из них имеет своё старое имя, «прижарить в пылу». «Тот же блин, да подмазан» (Даль), а выходит из него иное кушанье, сытное и с корочкой.
Блины с припёком
Тесто поставить на опаре, гречневое или пополам с пшеничным, и дать ему подойти дважды. Для припёка изрубить лук и обжарить до золота, или порубить некрупно крутые яйца, или протереть творог и растереть с сырым яйцом и солью, или промыть и обсушить снетки. Сковороду раскалить и смазать маслом половинкой луковицы, наколотой на вилку. По первому способу на середину сковороды насыпать ложку припёка и тотчас залить тестом, наклоняя сковороду по кругу, печь до подрумянивания и перевернуть на другую сторону ненадолго. По второму почти испечённый блин, не снимая со сковороды, намазать сверху тонким слоем творога, растёртого с яйцом, смазать маслом и быстро перевернуть, прижимая к накалённой сковороде, чтобы творог схватился корочкой. Готовые складывать в стопку под полотенцем и подавать горячими, со сметаной.
Духовное Слово
Припёк отличается от начинки одним. Начинку кладут на готовое и заворачивают, и её можно вынуть обратно, а блин останется блином. Припёк заливают тестом и пекут вместе, и разделить их уже нельзя, ибо вынешь лук, и на его месте останется дыра. То же самое вещество, тот же лук и тот же творог, а разница в том, в какую минуту они попали на сковороду.
Не как уже раба, но выше раба, брата возлюбленного, особенно мне, а тем больше тебе, и по плоти и в Господе (Флм. 1:16).
Письмо это короткое, и пишет апостол в нём не общине, а одному человеку и об одном деле. Раб Онисим провинился перед хозяином и бежал, и хозяин был в своём праве. Павел не спорит с этим правом и не требует его отменить. Он делает другое.
Он пишет, что посылает Онисима обратно, и посылает как собственное сердце. Он просит увидеть в беглом рабе брата. И прибавляет строку, за которую это письмо и помнят, а именно что если он чем обидел или должен, считать это на нём, ибо он, Павел, написал своею рукою, что заплатит.
Павел не сделал многого, что мог бы. Он не спрятал Онисима, хотя мог. Он не объявил рабство злом и не потребовал у Филимона отпустить всех. Он не стал доказывать, что беглец исправился. Он просто встал между должником и заимодавцем и перевёл долг на себя, а после попросил принять человека в новом качестве.
И вот тут видно, как это устроено. Онисим вернулся в тот же дом, к тому же хозяину, с тем же именем и с той же виной. Ничего внешнего не переменилось. А принят он должен быть уже не рабом, потому что между ним и хозяином встал третий, и этот третий за него заплатил. Не сам он стал братом, его сделали братом.
Потому, взвешивая, достоин ли прощения тот или иной человек, стоит вспомнить, сколько раз принимали тебя самого, не дожидаясь, чтобы ты заслужил.
Вспомни того, кто перед тобой виноват и знает это, и реши заранее, что примешь его не как должника. Не требуй от него сперва исправиться, не жди, чтобы он заслужил. И если можешь, прости долг совсем, потому что долг, прощённый наполовину, прощением не называется.
Свя́тый апо́столе Ониси́ме, от ра́бства в бра́тство приведённый, испроси́ нам у Го́спода принима́ти люде́й не по счёту вины́ их, но по то́й ме́ре, ко́ею и мы при́няты. Моли́ Бо́га о нас.
Апо́стол от семи́десяти Они́сим
Апо́столе святы́й Они́симе, / моли́ Ми́лостиваго Бо́га, / да прегреше́ний оставле́ние // пода́ст душа́м на́шим.
Молятся апостолу Онисиму о примирении господина со слугою и всякого старшего с младшим, о разрешении застарелых обид и о прощении долгов, и всё это идёт прямо из его истории. Просят его и о заступничестве тем, кто виноват и боится вернуться, ибо он сам был таким. А на Руси к нему обращались об овцах и об овечьем приплоде, и почитание это выросло из дня, а не из жития.
Апостолом Онисима сделала встреча с Павлом. Беглый раб уверовал, служил апостолу в узах, и Павел отослал его к господину с письмом, вошедшим в Новый Завет, прося принять его уже не рабом. «Перед Богом все равны» (Даль), и письмо это сказало хозяину то же самое.
Имя его сошлось с овечьим делом, а сошлось при этом и нечто большее. День пришёлся на окот, когда всю ночь принимают ягнят, а память отдана человеку, которого приняли обратно, когда могли наказать.
Именины нынче у Онисимов, имя это редкое. Происходит оно от греческого «онесимос» и значит «полезный». Так обыкновенно называли рабов, и в этом имени не было ни почёта, ни ласки, а был расчёт хозяина. Павел в своём письме обыгрывает его прямо, говоря, что прежде Онисим был для господина негоден, а теперь годен обоим, и с той поры имя, данное как цена, читается как обещание.
Во времена апостольские в фригийском городе Колоссах жил христианин знатного рода по имени Филимон, который впоследствии удостоился епископского сана и был включён в число семидесяти апостолов. У Филимона, ещё до его апостольства, был раб по имени Онисим. Провинившись перед господином и боясь наказания, Онисим бежал от него и прибыл в Рим, где и нашёл в узах святого апостола Павла.
Услышав от него проповедь и научившись вере в Господа нашего Иисуса Христа, он был крещён апостолом и усердно служил ему вместе со святым Тихиком. Отправляя Тихика с посланием к колоссянам, апостол дал ему в спутники Онисима, назвав его в конце того послания верным и возлюбленным братом.
А через самого Онисима апостол прислал особенное послание к Филимону, господину его, прося простить рабу прегрешение и принять его не как раба, но как самого апостола. В послании том Павел называет его своим чадом и пишет, что просит о сыне своём Онисиме, которого родил в узах своих, и что был он некогда негоден для Филимона, а теперь годен и ему, и апостолу, и что возвращает его как собственное своё сердце.
С радостью Филимон поступил так, как советовал апостол. Он не только с любовью принял Онисима, но и дал ему свободу и снова отослал в Рим, чтобы тот служил апостолу, ибо того желал и сам Павел, писавший, что хотел бы удержать его при себе, но без согласия господина ничего делать не хотел, дабы доброе дело было не вынужденным, а добровольным.
Так святой Онисим был в Риме и служил апостолам до самой кончины их, а ими же поставлен был епископом для благовествования слова. После кончины апостолов он вышел из Рима и обошёл многие города и страны, проповедуя Христа в Испании, в Коринфе, в Колоссах и в Патрах, а после занял престол в Ефесе вслед за святым Тимофеем и святым Иоанном Богословом.
Об епископстве его в Ефесе свидетельствует в послании своём святой Игнатий Богоносец. Когда его вели из Антиохии в Рим на съедение зверям, Онисим встретил его на пути в Смирне вместе с некоторыми жителями Ефеса. Из Смирны святой Игнатий писал о том к ефесянам: «Я, во имя Божие, принял многочисленное общество ваше в лице Онисима, мужа несказанной любви, вашего во плоти епископа. Любите его, умоляю вас Иисусом Христом, и все будьте подобны ему, ибо благословен Тот, Который даровал вам быть достойными иметь такого епископа». А в послании к антиохийцам он снова писал: «Вас целует Онисим, пастырь Ефесский».
В Ефес святой Онисим прибыл, будучи уже старцем, и некоторое время пас там Церковь Божию. В царствование Траяна он был схвачен неверующими, приведён из того города в Рим и отдан на суд правителю Тертиллу.
Правитель спросил его: «Кто ты?» Онисим ответил: «Я христианин». Тогда тот спросил: «К какому сословию принадлежишь ты?» И святой сказал: «Некогда я был рабом одного мужа, а ныне я верный раб благого Владыки Господа и Спаса нашего Иисуса Христа». «Почему же ты перешёл к другому господину?» – допрашивал Тертилл. «Потому что я познал истину и возненавидел идолопоклонство», – отвечал Онисим. «Какой ценой ты был продан новому господину?» – спросил правитель. И святой ответил: «Божий Сын Иисус Христос искупил меня от погибели честною Своею кровью и переселил в нетление, как писано о том в наших писаниях: „Не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца“».
Тогда Тертилл спросил: «Скажи нам, какую жизнь называют ваши писания суетной?» Святой отвечал, что суетная жизнь есть беззаконное прелюбодеяние, которое за малую сладость плотскую готовит вечный огонь страстным грехолюбцам. Она же есть сребролюбие, ради которого обижают ближнего, и чародеяние, когда жительствуют с бесами. Она есть гордость и зависть, научившая братоубийству Каина, злословие и необузданный язык, лицемерие и ложь, гнев и пьянство. «Все эти пороки и есть жизнь суетная, – сказал Онисим. – Источником такого жития и матерью всего является служение идолам, которое вы совершаете. Рассмотрев такое суетное, нечестивое и скверное житие, я бежал от него, как от волнующегося моря, и прибыл в доброе пристанище, в праведное и преподобное житие, заключающееся в святой вере в Бога единого и истинного, в вере и любви к ближнему». И самого Тертилла святой увещевал исполнить закон любви, повелевающий любить ближнего как самого себя, оставить суету временную и всё, что в мире сем проходит, словно сон или тень, и приступить к Создателю всех Богу, ибо не радуется Бог смерти прогневляющих Его, но веселится о их обращении и покаянии и прощает их прежние грехи.
Тертилл отвечал: «Так ты не только сам не хочешь поклониться богам, не убоявшись мук, даже и нас хочешь привести в своё заблуждение». «Твои муки не могут устрашить меня, – отвечал святой Онисим, – как бы сильны они ни были, ибо я, утешаемый ожиданием будущих благ и укрепляемый силою Христа моего, с лёгкостью перенесу страдания, коим ты подвергнешь меня».
Тогда правитель повелел заключить Онисима в темницу, и святой пробыл там восемнадцать дней. Темница была для него не страшным местом заключения, а светлым раем, полным духовной радости, и он веселился там о Господе своём. Верные приходили к нему, прославляли страдание святого и своими словами укрепляли его на подвиг. А неверным, приходившим туда вместе с христианами, святой проповедовал Слово Божие и обращал их к истинной вере Христовой.
После того Тертилл, желая показать себя милосердным перед народом, не осудил святого на смерть, а послал его в заточение в Путиолы. Святой апостол и там ревностно проповедовал учение Христово и многих наставил на истинный путь. Узнав о том, Тертилл снова взял его и приказал в оковах привести к себе на суд. На допросе святой, как и прежде, непоколебимо исповедовал веру Христову. Тогда правитель приказал положить его и немилосердно бить четырьмя палицами. Мучители долго наносили удары святому страдальцу и сокрушили ему голени и прочие кости, а наконец усекли его главу мечом.
Так скончался святой Онисим в глубокой старости, послужив Церкви Христовой долее, нежели прожил в рабстве. Некая жена из царского рода взяла святое тело его, положила в серебряной раке и совершала память мученика. Тем она снискала себе память у Господа в Царствии Небесном по молитвам святого апостола Онисима.