Мануил-солнцестой

На святого Мануила солнце застаивается (Даль)

    Полдень, и над лугом ни облачка. Воздух дрожит от зноя, над скошенной травой вьются слепни, кузнечики трещат так, что звенит в ушах. Трава на нетронутой части луга вымахала по пояс и уже начинает подсыхать на корню, а ряды, скошенные с утра, вянут на солнце и пахнут мёдом. В деревне всё живое прячется в прохладную тень, и даже куры сидят под телегами. На дальнем краю луга бабы граблями ворошат подсохшие ряды, и над ними поднимается сухая сенная пыль.

 Косец лет тридцати пережидает полдневный жар в тени старой ивы у края луга. На нём белая рубаха, взмокшая на спине, порты и лапти, рядом стоит жбан с квасом, принесённым из погреба, и лежит в траве его шапка. Он положил косу на колени и не спеша правит её бруском, проводя то с одной, то с другой стороны жала, и брусок звенит на весь луг. «Хвастать – не косить, спина не болит» (Даль), и спина у косца к полудню гудит, но смотрит он спокойно. Когда жара спадёт, он снова встанет на ряд и пройдёт луг до вечера.

 Трёх родных братьев, знатных персов-христиан, персидский царь отправил послами к императору Юлиану Отступнику, чтобы заключить мир. В Вифинии Юлиан справлял языческое празднество и прислал за послами слугу, чтобы и они веселились с ним. Братья ответили посланному, что приехали ради мира, а отрекаться от Бога и кланяться идолам не станут. Пока в Вифинии шёл пир, они стояли поодаль, плакали о людях, приносивших жертвы бесам, и просили Бога открыть им истину. За этот ответ император велел до утра запереть послов в темницу.

 Кто послан делать мир, тот не покупает его отречением.

Народные Традиции

    Этот день в народе звали Мануйлом и Савелием, а ещё Мануилом-солнцестоем. Примечали, что солнце в этот день «застаивается» (народный месяцеслов) и медлит в зените, на самой макушке лета.

 С этой поры начинается бурный рост всякой зелени, и по омутам распускаются белые кувшинки. «Если на Мануила частые зарницы, то будет хороший урожай» (народный месяцеслов), и по ночному небу судили о будущем хлебе.

Трапеза Дня

    Тюря – самое простое русское кушанье, холодное и жидкое, которое готовят без огня и наскоро. Основа её хлеб и квас, а по тому, что кладут к ним, тюря зовётся с луком, с хреном или с редькой. В постные дни её ели часто, и «православная тюря» в старом описании народного стола – это ржаной хлеб с луком, круто размоченный квасом.

 Тюрю едят летом, в жару, когда от горячего воротит, и делают её перед самой едой, впрок не готовят. «Бог напитал, никто не видал» (Даль), говорили, вставая от такой еды, потому что сыт ею бывал и бедный. От тюри молочной она отличается тем, что держится на одном квасе и не знает молока.

 Тюря с луком

 Ржаного хлеба нарезать мелкими кубиками, чтобы вышел стакан, мелко нарезать полстакана зелёного лука и одну луковицу, четыре зубчика чеснока растолочь с солью. Всё вместе с ложкой укропа перемешать в миске, посолить чайной ложкой соли, залить литром кислого хлебного кваса и сразу подавать.

Духовное Слово

    Самое тяжёлое испытание часто приходит не от врага, а от того, кто хочет разлучить близких. Одного хвалят, другого чернят, младшему шепчут, что старший его губит. Так разводят братьев, супругов, друзей, и человек остаётся один там, где вместе устоял бы.

 «Как хорошо и как приятно жить братьям вместе!» (Пс. 132:1).

 Юлиан, видя, что старший, Мануил, говорит больше и смелее других, велел увести его в сторону и стал ласково уговаривать младших. Он сказал им, что брат их упрям и зол и недостоин зваться их братом, а они сами кроткие и разумные люди, и пусть оставят его погибать, принесут жертву и получат дары и честь. Савел и Исмаил не стали и слушать и вслух обличили его лукавство. Мучитель велел жечь им рёбра свечами, а потом снова призвал Мануила, но и тот стоял как скала. Разлучить братьев не удалось, и на казнь их повели вместе.

 Братья выдержали не только пытки, но и лесть, которая была опаснее пыток. Ни один не поверил, что другой ему враг, и это единство Юлиану было не сломить.

 Если кто-то нынче станет говорить тебе дурное о твоём брате, сестре, муже или жене, не поддакивай и не передавай дальше. А тому, о ком говорили, скажи доброе слово, чтобы он знал, что ты рядом.

 Святи́и му́ченицы Мануи́ле, Саве́ле и Исма́иле, испроси́те нам у Христа́ Бо́га единомы́слие и любо́вь бра́тскую, да не разлучи́т нас лука́вый ни ле́стию, ни клевето́ю. Моли́те Бо́га о нас.

Му́ченики Мануи́л, Саве́л и Исма́ил

Ве́рою Христо́вою уя́звлени всеблаже́ннии, и сего́ ве́рно испи́вше ча́шу, пе́рсская служе́ния и де́рзость на зе́млю низложи́сте, Тро́ицы равночи́сленнии, моли́твы творя́ще о всех нас.

    Три брата-мученика происходили из знатного персидского рода и были воспитаны матерью-христианкой в вере Христовой. Они служили в войске персидского царя и пострадали при императоре Юлиане Отступнике в 362 году. Им молятся о крепости и стоянии в вере, о бесстрашии перед сильными и о верности Богу превыше всего земного.

 Главное в их стоянии – верность двум поручениям сразу. Царь послал их заключить мир, и мир они готовы были заключить, но поклониться идолам, чтобы угодить чужому императору, не согласились. На празднестве в Вифинии братья отошли в сторону, плакали о заблуждении язычников и молились за них, а на суде сказали Юлиану, что приехали говорить о мире, а не спорить о вере, и что научились от Господа не бояться убивающих тело. Император, поправ закон всех народов, по которому послов не трогают, предал их пыткам. Повешенные на дереве, они просили помощи у Распятого, и Ангел облегчил им муки.

 Персидские послы не дрогнули ни перед ласками, ни перед муками. «Кто за правду горой, тот истый герой» (Даль). О братьях, уязвлённых верой Христовой, Церковь поёт, что они верно испили Его чашу и низложили персидскую дерзость, а ныне молятся за всех.

 Мануилов день стоит на макушке лета, когда лето ещё не пошло на убыль и всё растёт в полную силу. Братья тоже были в самой силе, воины и послы, в чести у своего царя, и могли бы жить долго, но не согнулись ни перед императором, ни перед пыткой.

 Имя Мануил по-еврейски значит «с нами Бог», Исмаил «Бог слышит». Именинники нынче Мануилы, Савелии и Измаилы.

 Святые мученики Мануил, Савел и Исмаил были родными братьями из знатной персидской семьи. Отец их оставался язычником, а мать была благочестивой христианкой и с самого раннего детства воспитывала сыновей в страхе Божием. Крестил их и научил Слову Божию пресвитер Евноик. Возмужав, братья поступили на военную службу к персидскому царю Аламундару.

 Царь отправил их послами к римскому императору Юлиану Отступнику заключить мир. Сперва Юлиан принимал их с честью и дружелюбно, но, узнав, что они христиане, исполнился на них гнева. Однажды он переправился из Константинополя в Халкидон и отправился в Вифинию на языческий праздник, где приносил бесчисленные жертвы идолам, а с ним пировал весь собравшийся народ. Братья не хотели даже смотреть на это. Отойдя в сторону, они плакали о заблуждении людей и молились, чтобы Господь привёл их к познанию истины.

 Император велел позвать послов к пиршеству. Они ответили посланному, что не отрекутся от веры, в которой воспитаны с юности, и пришли не ради идолов, а ради мира между двумя царствами. Наутро Юлиан на суде упрекал их, что они не почтили вместе с ним солнце, луну и звёзды. Братья отвечали, что посланы договориться о границах и о свободной торговле, а не рассуждать о богах, и что безумен тот, кто вместо живого Бога чтит мёртвую вещь. Разгневанный император, презрев закон о неприкосновенности послов, велел их мучить.

 Братьев били ремнями, пригвоздили руками и ногами к дереву и строгали железными зубцами. Они молились Христу, Который Сам был пригвождён ко древу, и явившийся Ангел так укрепил их, что они будто перестали чувствовать боль. Юлиан пытался разлучить братьев, отвёл старшего, Мануила, в сторону и льстил младшим, но Савел и Исмаил обличили его лукавство. Тогда им жгли рёбра свечами, а в голову каждому вбили железный гвоздь и руки и ноги пронзили острыми кольями.

 Наконец мучеников повели на место, называемое Константиново, и там, после последней их молитвы, с неба раздался голос, звавший их принять венец славы. Им отсекли головы мечом восемнадцатого июня 362 года (семнадцатого изока)¹. Слуги хотели сжечь тела, но земля потряслась, расступилась и сокрыла их, а слуги в страхе бежали. Многие из народа, видя это, уверовали во Христа. Через два дня, когда христиане непрестанно молились на том месте, земля вновь вынесла тела наверх, и разлилось благоухание. Верные с честью погребли их там же, и от гроба мучеников стали подаваться исцеления. Юлиан вскоре пошёл войной на персов и в битве погиб.

 ¹ Память мучеников Мануила, Савела и Исмаила стоит тридцатого июня, ибо в IV веке разница стилей была один день, а ныне тринадцать.