Марина с Лазарем
На Марину с Лазарем лазоревый свет в сумерках (народный месяцеслов)
Тёплыми ночами конца июля по краю неба без грома играют зарницы. Далеко за лесом вспыхнет и погаснет, и снова вспыхнет, и в сумерках над полем стоит лазоревый свет, то ли отблеск дальней грозы, то ли северное зарево. На рябине у избы краснеют тяжёлые кисти, в низинах тянет теплом от нагретой за день земли, сжатая полоса белеет в темноте, а за околицей в некошеном лугу кричит коростель. Днём ещё стоит сухой зной, и последняя рожь на полосах доходит, шурша колосом, а к ночи от реки поднимается лёгкий туман.
В поздний час хозяин выходит за ворота и долго смотрит на край неба. Он немолод, борода седая, рубаха распояской, на плечах старый армяк от ночной свежести, а лицо поднято к небу, внимательное и неспешное. По зарнице он судит и о погоде, и о беде, ибо тихая, без грома, играет к урожаю, а если над сухим полем ходят грозовые всполохи, жди пожара. Потому, прежде чем лечь, он обходит двор, смотрит, полна ли водой кадка у сарая, не тлеет ли уголь у бани, и только тогда возвращается в избу. «С Петрова дни зарница хлеб зорит» (Даль), и он глядит на неё как на старую знакомую, без страха, но с оглядкой.
Великомученицу Марину, дочь языческого жреца, после огня приговорили к воде и велели бросить связанную в огромную бочку. Пятнадцатилетняя дева всю свою короткую жизнь скорбела, что не успела креститься, и, когда слуги поднимали её над водой, просила Христа обратить эту казнь в долгожданную купель. Верёвки на ней распались, над бочкой засиял свет, белая голубка спустилась к ней с золотым венцом, и дева, держась поверх воды, пела хвалу Троице.
Огонь прошла, водой крестилась, светом увенчана.
Народные Традиции
Великомученицу Марину народ поминал вместе с преподобным Лазарем Галисийским, чья память стоит в тот же день, отсюда и имя дня. Имя Лазаря созвучно слову «лазоревый», и от этого созвучия пошло присловье о небесном свете, что на Марину с Лазарем лазоревый свет в сумерках, «то ли цветок лазоревый распустил лепестки, то ли далёкие всполохи небо освещают» (народный месяцеслов). Говорили и так: «За Финогеем Марины с Лазарем ладят зорям пазори» (народный месяцеслов), а пазорями поморы называли сполохи северного сияния.
Тёплые летние ночи, когда видно больше всего зарниц, на севере величали рябиновыми ночами, ибо в это время краснеют ягоды рябины. Зарницы приходятся на цветение и налив хлебов, и оттого их звали хлебозором: «Зарница – хлебозор» (Ермолов). В такие вечера семья, вернувшись с поля, подолгу сидела у ворот и глядела на дальние всполохи, и старики толковали молодым, к чему они играют, а дети, прижавшись к матери, показывали на озарённый край неба.
Глядели на всполохи и с оглядкой. Если отблески в небе были грозовые, остерегались пожаров, ибо сухая гроза без дождя в жаркую пору могла запалить и ниву, и двор. В такие ночи держали наготове воду, не оставляли без присмотра огня в бане и у овина и берегли от искры сжатый хлеб в копнах.
Шла жатва ржи, и с зари до зари на полосах работали всей семьёй, а зарницы полыхали над полем в те часы, когда жнецы, отработав день, возвращались домой.
По зарницам судили и о хлебе, и о погоде. «Если летом часты зарницы – будет урожай» (Ермолов), а если зарницы играли в засуху, ждали пущей засухи. Грозовые отблески на этот день велели беречься пожара.
Трапеза Дня
Горох вместе с чечевицей был главным из бобовых на старом русском столе. Его сеяли по всей Руси и ели в пост и в мясоед, варили из него кашу, похлёбку и кисель, пекли с ним пироги, а в домашнем припасе, по Домострою, он хранился рядом с рожью, пшеницей, гречей и овсом. Старая загадка про горшок с горохом так и говорит о нём: «Катились каточки по липову мосточку, увидели зорю, бросились в воду» (Даль).
Гороховую кашу сажали в печь поутру и находили к обеду упревшей, густой и мягкой. Её толкли в горшке деревянной толкушкой, пока горошины не расходились в гладкую массу, и этим каша отличалась от похлёбки и от горошницы, где горох остаётся целым. Ели её горячей, с ржаным хлебом, и такая каша держала работника в поле до самого вечера.
Гороховая каша с салом
Два стакана лущёного гороха перебрать, промыть и замочить с вечера в холодной воде. Наутро воду слить, горох переложить в глиняный горшок, залить свежей водой с запасом, чтобы покрыла его вдвое, и поставить в протопленную печь. Томить под крышкой часа три, пока горох не разварится, раз-другой помешивая и подливая горячей воды, если загустеет. Разварившийся горох посолить и растолочь толкушкой до гладкости. Двести граммов солёного сала мелко покрошить и вытопить на сковороде до шкварок, положить туда две нарезанные луковицы и обжарить до золотистого цвета. Половину зажарки вмешать в кашу, остальное положить сверху и подать горячей с ржаным хлебом.
Духовное Слово
Пятнадцатилетнюю Марину вели в Антиохию под стражей. Впереди ехал епарх, задумавший взять её в жёны или погубить, а позади оставалось поле с отцовскими овцами.
«Верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение» (1 Кор. 10:13).
Дорогой девушка молилась вслух, не стыдясь воинов. Она просила Господа, чтобы сердце её не устрашилось угроз, а ум не уступил соблазнам, и называла себя беззащитной, как овечка в стае волков. Она не надеялась на свою юность и не хвалилась отвагой, а просила об одном, чтобы Бог открыл ей уста и дал без страха ответить мучителю.
Сила её была не в ней самой. Девочка, что потом вынесла прутья, железо, огонь и тёмную темницу, вышла на этот путь, зная свою немощь, и Бог давал ей крепость на всякий час. Одолела она мучителей не своей силой, и чем хотели убить, тем к Господу приобщили. Так Господь поступает и с нами, не отнимая креста, но и не давая ему стать тяжелее сил.
Если тебя ждёт трудный разговор или страшный день, помолись перед ним своими словами, как молилась она в дороге, и попроси у Господа ответить без страха и без злобы. А того, кому сейчас страшнее, чем тебе, навести сегодня или позвони ему.
Свята́я великому́ченице Мари́но, моли́ Бо́га о нас.
Великому́ченица Мари́на (Маргари́та)
А́гница Твоя́, Иису́се, Мари́но зове́т ве́лиим гла́сом: Тебе́, Женише́ мой, люблю́, и Тебе́ и́щущи страда́льчествую и сраспина́юся и спогреба́юся креще́нию Твоему́, и стражду́ Тебе́ ра́ди, я́ко да ца́рствую в Тебе́ и умира́ю за Тя, да и живу́ с Тобо́ю; но я́ко же́ртву непоро́чную приими́ мя, с любо́вию поже́ршуюся Тебе́. Тоя́ моли́твами, я́ко Ми́лостив, спаси́ ду́ши на́ша.
Великомученице Марине, в западных землях прозванной Маргаритою, молятся об избавлении от бесовских козней и ночных страхований, о защите от клеветы и наветов и об исцелении недугов душевных и телесных. Дочь идольского жреца, отвергнутая отцом за веру, она пятнадцати лет была схвачена епархом, который хотел взять её в жёны, и за отказ прошла прутья, железо и огонь, а в темнице крестным знамением одолела страшилище, явившееся ей в образе змея.
Когда мучитель велел утопить её в бочке, вода стала ей крещением, которого она так ждала, и над нею явились крест и голубка с венцом. Видя это, множество народа уверовало и пошло на смерть за Христа, а сама святая приняла усечение мечом, прежде помолившись за всех, кто стоял вокруг.
Народ поминает её в пору тёплых ночей, когда край неба полыхает немыми всполохами и всякий двор бережётся огня. «Огнём вода ключом кипит, а водою и огонь заливают» (Даль), и мучители испытывали деву тем и другим, а Бог обратил и огонь, и воду в её победу. Оттого и молятся ей те, кого пугает ночь, и те, кому грозит беда, перед которой человек бессилен.
Часть честной десницы великомученицы почивает на Афоне, в Ватопедской обители, а мощи её, веками чтившиеся в Царьграде, после разорения города, по преданию, упокоились в италийской земле. В России её чтят у образа в храме за службой её памяти, и под двумя именами деву из Антиохии чтит вся вселенская Церковь.
В этот день поминают своего ангела Марины и Маргариты. Имя Марина латинское и значит «морская», а Маргарита по-гречески значит «жемчужина».
Святая Марина родилась в Антиохии Писидийской от родителей благородных, но омрачённых языческим нечестием: отец её Эдессий был идольским жрецом. Лишившись матери ещё в пелёнках, девочка была отдана кормилице, жившей в селе за пятнадцать вёрст от города, и, подрастая, оказалась прекрасна телом и ещё прекраснее душою, благоразумием и добронравием.
В те годы шло гонение, и иереи и учители слова Божия скрывались кто в пустынях и горных пещерах, кто по сёлам среди простых людей, под видом нищих, тайно уча святой вере. Двенадцатилетняя Марина услышала от одного такого человека Божия слово о Христе Иисусе, истинном Боге: как Он воплотился от Духа Святого и Пречистой Девы, творил чудеса, добровольно пострадал ради спасения людей, умер, воскрес, вознёсся на небо и уготовал вечное Царство любящим Его. И распалилось сердце её божественной любовью: ни о чём другом она уже не думала и не говорила. Крещена она не была, ибо негде было найти священника, и желала одного, пролить за Христа кровь свою и креститься ею, как купелью, подобно многим святым мученикам. Отец, узнав, что дочь уверовала, возненавидел её и перестал считать дочерью, а девица возложила всю надежду на Отца Небесного.
Пятнадцати лет она вышла однажды в поле посмотреть на овец своего отца. Тою дорогой ехал в Антиохию епарх Олимврий, гонитель христиан. Поражённый красотой девушки, он остановился и стал расспрашивать её: какого ты рода, чья дочь и как тебя зовут? Если ты свободных родителей, я вступлю с тобой в законный брак, а если ты чья-нибудь рабыня, выкуплю тебя и возьму к себе. Девица, целомудрием превосходившая свою красоту, кротко назвала имя и род, не утаив и того, что она раба Христова, верует во Единого Бога, Создавшего небо и землю, и иного жениха не желает. Тогда епарх велел воинам вести её за собою в город, но почтительно, надеясь угрозами и ласками отвратить её от Христа.
Она же по пути молилась во всеуслышание: Господи Иисусе Христе, Боже мой, не оставь меня и не отдай души моей в погибель! Пусть не устрашится сердце моё их угроз, пошли мне помощь с высоты, дай премудрость и открой уста мои, чтобы я без страха отвечала мучителю; вот я как овца среди волков, как птица среди ловцов и как рыба в сетях, приди и избавь меня от козней вражиих! Прибыв в город, епарх принёс жертвы своим богам, заключил в темницу христиан, каких нашёл, а девицу поручил беречь знатным женщинам.
На суде епарх сперва сулил ей богатство и почёт, потом обещал взять её возлюбленной супругой, а если не послушается, грозил погубить её огнём и железом. Святая отвечала, что исповедует Единого в Троице Бога Истинного и Живого и не воздаст бездушным идолам чести, подобающей Создателю. На посулы же брака сказала: неужели оставлю Бессмертного Жениха моего, Царя Небесного, ради смертного человека? Я готова на всякие муки и на смерть, укрепит меня Тот, на Кого надеюсь.
Тогда епарх, переменив любовь на ярость, велел бить её прутьями без пощады, так что кровь обагряла землю. Народ, глядя, плакал от жалости, а глашатай кричал: Марина, принеси жертву богам, не губи понапрасну красоты своей! Иные уговаривали: девушка, покорись, пожалей свою красоту. Она же отвечала с укором: лукавые советники! как древний змей подал Еве совет в раю, так и вы советуете мне отступить от Бога моего; прочь, не соблазнить вам меня. Когда палачи перестали бить её, мучитель сказал, что это лишь начало мук, а святая ответила: делай всё, что угодно тебе и отцу твоему диаволу, мне помогает Христос.
После того её пригвоздили к доске и терзали тело её железными трезубцами до самых костей. Подняв глаза к небу, она молилась: окружили меня враги мои, но Ты, Господи, призри на меня, пошли мне помощь животворящего Духа Твоего, дай мне исповедовать имя Твоё до последнего издыхания и удостой меня быть образцом для любящих Тебя. Сам епарх, не в силах смотреть, закрыл лицо и отвернулся. Ты терзаешь человеческую плоть и притворяешься милосердным, сказала мученица; я сама себя не жалею ради Христа, не пощадившего Себя за меня: если пощажу своё тело, как увенчается душа моя в Царстве Небесном?
Едва живую, её заперли в глубокую мрачную темницу, куда сажали осуждённых на смерть. Оставшись одна, святая молилась: Боже Вышний, призри на меня, недостойную рабу Твою, исцели моё тело, израненное, как разорванное одеяние, обнови мою душу и дай мне одолеть и попрать моего врага, как попирается ногами песок. Ночью, попущением Божиим для большего прославления святой, диавол напал на неё страшилищем: явился в виде громадного пёстрого змея, опоясанного множеством меньших змей, со свистом и нестерпимым смрадом, и, разинув пасть, схватил голову мученицы, словно поглотить её хотел, как кит поглотил пророка Иону. Но святая не усомнилась: осенила себя крестным знамением, и тотчас утроба змея расселась, а сама она осталась невредима, и земля поглотила всё бесовское привидение.
И осиял темницу небесный свет: кровля отверзлась, явился крест, сияющий несказанно, а над крестом белая, как снег, голубка, говорившая человеческим голосом: радуйся, Марина, разумная голубица Христова, победившая злого врага; ты войдёшь с мудрыми девами в чертог нетленного Жениха. И растерзанное тело её на глазах заживало, пока не стала она опять здорова и прекрасна. Она благодарила Бога и молила Его сподобить её бани святого крещения, чтобы, омытая кровью и водой, войти в небесный чертог со святыми девами, и всю ночь провела в славословии.
Наутро епарх, увидев её без следа вчерашних ран, изумился, а народ толковал по-разному: одни славили силу Христову, другие видели в том волшебство. Епарх сказал, что это боги сжалились над её юностью, и звал её стать жрицей, как отец. Не боги, отвечала святая: ты вчера растерзал меня на части, а Господь мой ныне исцелил; Он Всемогущий Врач душ и телес, и тебе подобает уверовать в Него. Ожесточённый, он велел снова повесить её на дереве и опалять ей грудь и бока зажжёнными свечами, и она молча терпела, пока не стала обожжена, как уголь. Снятая с дерева, она сказала: Господи, Ты сподобил меня за имя Твоё пройти сквозь огонь, сподоби пройти и сквозь воду святого крещения.
Услышав о воде, мучитель закричал: пить хочет, напоите её! И велел утопить её связанной в огромной бочке. Когда слуги погружали её, святая молилась, чтобы эта вода стала ей святым крещением на рождение в жизнь вечную. И вдруг сотряслась земля, узы сами собой развязались, слуги в ужасе разбежались, и над водою воссиял свет: белоснежная голубка сходила с высоты, неся в клюве золотой венец. Видение это видели и тайные христиане, бывшие в народе. Мученица же стояла в воде, не погружаясь, и пела, славя Пресвятую Троицу. Потом явился над нею огненный столп до самого неба и на нём крест, как бы хрустальный, и голубка села на верху креста, и все слышали голос: мир тебе, невеста Христова Марина; ныне примешь неувядающий венец от руки Господней.
Видя её выходящей из воды здоровою и прекрасною, великое множество народа уверовало во Христа и открыто исповедало Его. Устрашённый епарх вывел вооружённое войско и велел рубить всех, кто славил имя Христово. Неверные и трусливые разбежались, а истинно верующие сами шли под меч, и пало исповедников обоего пола до пятнадцати тысяч: они крестились собственной кровью и вошли в радость Господа своего.
Осуждена была на усечение и сама мученица. На месте казни она испросила немного времени, увещевала народ познать Единого Истинного Бога и уклониться от идольского обмана и долго молилась за всех. И сотряслась земля, и многие пали от страха, пал и палач, ибо Сам Господь явился с неба со святыми ангелами, простирая руки навстречу Своей невесте. Святая же, несказанно обрадовавшись, сама поторопила палача исполнить повеленное, преклонила честную главу и была усечена, а душа её была принята руками Господними. Всё её страдание и дивные видения записал очевидец, раб Божий Феотим, на пользу верным.